Пост_Тревога: книга-поддержка для тревожных людей

Например, у Кати есть широкие направления:

повысить профессиональную компетентность в теме депрессии;

улучшить физическую форму;

проводить больше времени с мужем, уделяя внимание качеству общения.

И к ним у нее есть конкретные цели:

прочитать за год десять книг о депрессии;

пробежать марафон;

организовать поездку в Грецию с мужем.

Но вот Кате сделали операцию на глаза и строго рекомендовали их не нагружать, она повредила колено, и бег стал недоступен, а Греция подорожала в два раза.

Если у Кати было только три цели, то, случись кризис, выполнить их она больше не сможет.

Но если Катя помнит про свои направления, она может:

прослушать курс о терапии депрессии;

пойти плавать или кататься на велосипеде;

сходить с мужем в кино или в другое интересное место.

Не стоит путать направления с ценностями. Ценности – вещь более высокого порядка. Но понимать ценности тоже полезно для долгосрочности и устойчивости. Чем выше уровень неопределенности, тем на более высокий уровень мы поднимаемся:

• ценности;

• направления;

• цели.

Подробнее о жизненных ценностях мы поговорим в главе 8.

Краткие выводы

• Неопределенность неизбежна.

• Но сама по себе она нейтральна.

• Можно научиться относиться к ней спокойнее.

• Для этого надо пересмотреть свои убеждения относительно неопределенности и сделать экспозиции к неопределенности.

• Но если все стало уж слишком неопределенно, то можно добавить жизни стабильности через повседневные дела, контакт с идентичностью и выстраивание образа будущего.

Глава 7. Беспокойство

Почему беспокойство – это поведение, и как беспокоиться меньше

– Все эти наши страхи – просто нормальная функция застоявшегося воображения… Ведь что такое этот лес? А?

– Да, – сказал Турнен. – Что он, собственно, такое?

– Ну, тахорги… Ну, туман, который, правда, не туман… Смешно!

– Какие-то там блуждающие болота, – проговорил Турнен, усмехаясь.

– Насекомые! – сказал Леонид Андреевич и поднял палец. – Вот насекомые – это действительно неприятно.

– Ну, разве что насекомые…

– Да. Так что, я думаю, мы совершенно напрасно беспокоимся.

– Слушайте, Горбовский, – сказал Турнен, – почему-то, когда я разговариваю с вами, мне всегда кажется, что вы надо мною издеваетесь.

Леонид Андреевич поднял брови.

– Странно, – сказал он. – Честное слово, я действительно думаю, что мы с вами напрасно беспокоимся.

Они помолчали.

– Я беспокоюсь о своей жене, – сказал Турнен. – А вот о чем беспокоитесь вы, Горбовский?

– Я? Кто вам сказал, что я беспокоюсь?

– Вы все время говорите «мы с вами»…

А. и Б. Стругацкие. Беспокойство

Герои повести Стругацких «Беспокойство» оказались на незнакомой планете Пандора и испытывают беспокойство. Это естественно, потому что новые, неоднозначные и неопределенные ситуации, о которых мы говорили в прошлой главе, склонны вызывать у нас тревогу, и распространенный способ справляться с ней в таком случае – это беспокойство.

В быту мы привыкли использовать слово «беспокойство» как синоним слова «тревога». Но в узком психологическом понимании это разные вещи.

Использовать термин «беспокойство» в узком значении начал психолог Том Борковек. Беспокойство – это поведение, только особый тип поведения, внутренний. Когда мы беспокоимся, то прокручиваем в голове разные варианты гипотетических проблем и возможные способы, как с ними справляться.

«Беспокойство – это цепочка мыслей и образов, заряженных негативными эмоциями и относительно неконтролируемая. Процесс беспокойства представляет собой попытку мысленного решения проблемы, исход которой неясен, но содержит возможность одного или нескольких негативных исходов. Следовательно, беспокойство тесно связано с эмоцией страха»[136].

Получается парадокс: мы начинаем беспокоиться, чтобы снизить тревогу. Нам может казаться, что если мы продумаем все возможные сценарии, то подготовимся к непонятному будущему и успокоимся. Но сценарии не заканчиваются! Проблемы пока гипотетические, поэтому мы еще ничего не можем с ними сделать. Так мы попадаем в ловушку зацикленного мышления.