Считаю ли я эту стратегию оптимальной? Нет. Но и вины не испытываю, потому что твердо знаю, что других методов на тот момент просто не осталось.
Истерики – очень распространенное явление для детей с РАС. Они могут выражаться в крике, агрессивных реакциях, направленных на себя (аутоагрессия) или на окружающих. Выглядит это очень отталкивающе и вызывает чувство тревоги и отвращения. Вызвать истерику может любой, иногда совершенно неочевидный для окружающих фактор.
На самом деле основных причин три: страх перед меняющейся реальностью, потребность получить желаемое и нежелание исполнять запросы окружающих. Для детей с РАС очень важно постоянство среды, и бурную реакцию может вызвать любое изменение – например, если на ребенка надели новую одежду, а не ту, к которой он привык. Или если пошли другой дорогой, взяли не ту игрушку – таких мелких и незначительных на первый взгляд моментов может быть много.
Родители обычно понимают, что произошло. Но объяснить эту ситуацию всем вокруг невозможно. Таких родителей окружающие часто упрекают в том, что они плохо воспитывают ребенка, что он не умеет себя вести. Все это еще больше усугубляет ситуацию.
Я много раз заходила в тупик: сначала не могла вывести ребенка на прогулку или сходить с ним к бабушкам в гости, потому что он начинал кричать по дороге. Потом не могла завести его обратно домой, потому что снова начиналась истерика.
В итоге мы с мужем выработали следующую тактику. Каждый вечер мы втроем садились в машину и ездили по городу в самые разные места: в магазины, парки, кафе, гости. Находились там ровно столько, сколько могли выдержать. До известной степени это помогало.
Описанное «плохое» поведение детей объясняется, в общем-то, просто: они испытывают невыносимый страх перед действительностью, перед ее меняющейся непредсказуемостью.
Но есть еще один механизм возникающей истерики: когда ребенок чего-то хочет, но не получает желаемого мгновенно, тотчас. Возвращаясь к нейропсихологическому механизму нарушения развития мозга, напомню, что у таких детей неполноценным является энергетический блок (стволовой уровень ретикулярной формации). При недостаточности, неполноценности, незрелости работы этого блока дети отличаются лабильностью. Что будет выражаться в крике и плаче на малейший отказ от исполнения желаемого.
Бывают ситуации, когда невозможно понять, что хочет ребенок. В этом случае есть риск, что истерика будет продолжаться (иногда еще говорят, что ребенок «закатывается»). Выйти из пролонгированной истерики бывает очень сложно. Описанный мною выше способ (временная изоляция) эффективен, но не универсален. Приходится экспериментировать в каждом конкретном случае.
Нельзя физически наказывать ребенка. У детей с РАС часто бывают искажены пороги болевой чувствительности. Их гиперчувствительность часто переходит в свою противоположность или приобретает извращенную форму – когда они начинают испытывать удовольствие от получения боли. Дети могут начать смеяться, например, когда их физически наказывают.
Нетрудно догадаться, что это может привести к разного рода девиациям в будущем, в том числе – и отклонениям сексуального характера. Поэтому нельзя «углублять» извращенное восприятие ребенка, нужно, наоборот, нормализовать его.
Помогают сенсорные приемы переключения: умыть прохладной водой лицо и руки, выключить или, наоборот, включить яркий свет. Можно зажечь свечку с успокаивающим ароматом (ванили, лаванды, банана). Подойдут любые методы, способные удивить, заинтересовать ребенка. Но надо признать, что для детей с РАС все они срабатывают не всегда.
Применение медикаментозной коррекции в этом случае бывает оправдано. Но только под наблюдением и по рекомендации опытного специалиста. Необходимо соблюдать разумный баланс пользы от применения препарата и исключения побочных эффектов, а это возможно только под контролем врача.
Как и все мамы, я много раз пыталась с Сережей рисовать. Самым распространенным материалом для рисования тогда были акварельные краски. Поначалу Сережа вообще не хотел брать в руки карандаш или кисточку. Приходилось применять способ «рука в руке». Потом потихоньку он стал вовлекаться в процесс. Карандаш брал, зажимая его всеми четырьмя пальцами, и остервенело возил им по бумаге. Делать это сыну явно не нравилось.
Окунать кисточку в воду и макать ее в краску было, видимо, легче и увлекательнее. Но тут обнаружилась такая особенность: Сережа стал тяготеть к черному цвету, а потом и вовсе стал выбирать из всех красок только его. Это, конечно, не могло ускользнуть от моего внимания и сильно меня насторожило. Я уже знала о том, что выбор цвета обусловлен состоянием работы лимбической системы и настроением в целом.
Я пыталась показать Сереже пример позитивных цветов и рисунков. Наслаивала «радугу», рисовала солнышко, ромашковый луг и поля васильков. Рисовала «кляксы» салютов и мохнатые «снежки». Все было бесполезно – Сережа рисовал только черной краской.