Первым делом шли задания на внимание: на каждой странице надо было найти бабочку (снежинку, божью коровку, осенний листочек и т. д.) в зависимости от того, какое время года было на дворе. Я пролистывала журнал, а Сережа показывал пальцем найденный объект. Если я видела, что он не находит нужную деталь, то делала вид, что меня что-то заинтересовало на странице, и давала ему возможность посмотреть повнимательнее. Иногда приходилось перелистывать журнал повторно. Потом, каждый вечер, одно за другим, постепенно мы выполняли все оставшиеся задания (героем по-прежнему был Винни-Пух). Если какие-то задания давались тяжело – мы их пропускали и возвращались к ним позже. Таким образом, к выходу следующего номера журнала мы успевали выполнить все задания «от корки до корки».
Позже я часто использовала этот способ работы. Так Сережа учился считать, рисовать, писать. Потом, когда принцип был освоен, в ход пошли другие темы и герои.
Важное замечание: образ должен быть хорошо узнаваемым, желательно без стилизации и вычурности.
Среди специалистов бытует мнение, что лучше всего в качестве адекватных образов подходят рисунки советских мультфильмов. Объясняют это тем, что они более натуралистичны, без стилистических деталей.
Вопрос спорный. Во-первых, если сравнивать мультфильмы про Винни-Пуха отечественного и американского производства, в анимации нашего мультфильма гораздо больше стилизации. Желтый американский Винни-Пух с красным шарфиком («Винни-Пух: Весенние денечки с малышом Ру», США, 2004 г.) больше похож на мягкую игрушку, нежели «глазастый шарик с ножками», говорящий голосом Евгения Леонова («Винни-Пух и все-все-все», СССР, 1969 г.). Хотя сама я с детства очень люблю именно нашего Винни-Пуха.
Во-вторых, не факт, что ребенку понравится вариант сказки «Заюшкина избушка» или «Волк и лиса». Может быть, ему больше понравятся другие персонажи. А сердцу, как известно, не прикажешь.
Образ может быть взят из разных источников – не обязательно из мультфильма или книжки. Существуют архаичные образы, которые олицетворяют для мужчины силу, мужество, отвагу, словом, все то, чем хотят обладать мальчики.
Такой идеал воплощает образ солдата, например. В семье, которая жила по соседству и с которой мы дружили много лет (глава 6), образ воина, защитника очень успешно эксплуатировался всеми, правда, с несколько иной целью, чем развитие когнитивных функций и речи.
Когда надо было поднять ребенка в садик, соседскому мальчику Леше говорили: «Вставай, солдаты долго не залеживаются!» Если соседка Женя хотела накормить сына, она звала его поесть «солдатскую» кашу.
Для девочек традиционно используют образ принцессы. Если же это конкретный персонаж из книги или мультфильма, он приобретает четкость, выпуклость и адресность. Ребенок понимает, что речь идет именно о конкретном герое или героине, а не о фигуре вообще.
Ищите «кнопку», с помощью нее вы откроете дверь в мир своего ребенка, в мир его мечты и фантазий. Вы и не заметите, как следом откроется целая галерея образов и героев, на которых можно (и нужно) быть похожими, ребенок сам сможет указать вам на своего кумира!
Переведя ребенка в специализированный детский сад, я отдавала себе отчет, что это не последняя точка в процессе социализации сына. Если была хоть какая-то надежда ввести Сережу в среду обычных (нормотипических) детей, надо было эту среду создавать вокруг себя хотя бы эпизодически.
Я решила попробовать посещать занятия в школе раннего развития рядом с домом (в среде родителей такие школы назывались «развивайками»).
Занятия были два раза в неделю: в рабочий день и выходной. Ребятишек делили условно на три уровня: 4 года, 5 лет и 6 лет. Причем родителей предупредили: когда дети придут на занятие в первый раз, педагог сразу проведет отбор. Если ребенок не справится со своим уровнем требований, на второе занятие (следующее сразу вслед за первым) нужно будет идти в группу младше по возрасту.
Так совпало, что в день первого занятия у старшего сына в школе должно было пройти родительское собрание. Я попросила Витю сводить Сережу в «развивайку». Объяснила ему требования. Сама, конечно, сидела на собрании как на иголках, переживала.
Когда я подходила к дому, Сережа с Витей как раз возвращались из школы домой. Я спросила, как все прошло, Витя объяснил, что после первого занятия по чтению педагог Сережу «завернула». Я поникла головой. После этого сын добавил: «Да ты, мама, не волнуйся, я его все равно со своей группой повел, и ничего, на математике легче было». Подумав, сказал следующее: «Еще чего, буду я ее (педагога) слушать, все Сережка сможет, все у него получится!»
Я призадумалась и поняла, что мне есть чему поучиться у старшего сына. Нельзя сдаваться, надо верить и доверять своему ребенку. Впоследствии Витя стал для Сережи бессменным репетитором, палочкой-выручалочкой и самым авторитетным человеком. Ну а для меня он – надежная опора в жизни.