Растворяющиеся люди. Сохрани себя, ухаживая за близким с деменцией

Итак, скорое приближение смерти обычно проявляется изменением состояния человека в предшествующие несколько часов или даже дней. Сознание угнетается, то есть больной почти не реагирует на раздражители – речь, тормошение. Реакция на боль еще сохранена. Если все же удается его «разбудить», он очень быстро вновь проваливается в прежнее состояние загруженного сознания. Внешний вид тоже меняется: кожа приобретает сероватый или желтоватый, полупрозрачный оттенок – специфическую «восковую бледность», черты лица заостряются. Может возникнуть учащенное дыхание, пульс становится частым, но слабого наполнения, то есть плохо прощупывается. Также в этот период нередко можно отметить учащение стула, иногда возможна рвота: организм словно очищается, освобождается от лишнего.

Само умирание состоит из четырех стадий и начинается с предагонального состояния. Оно может длиться до нескольких часов. Сознание угнетено, пульс очень сложно прощупать на лучевых артериях (там, где кисти рук), но на сонных артериях еще определяется. Дыхание частое, но неглубокое, сердцебиение урежается, артериальное давление снижается.

Затем наступает терминальная пауза: состояние «ложной смерти», когда человек перестает дышать, пульс не прощупывается, сердцебиение очень редкое, артериальное давление не определяется, зрачки не реагируют на свет. Это длится до нескольких минут, и те ухаживающие, которые проживают процесс умирания близкого рядом с ним, в этот момент могут подумать, что он ушел из жизни. Однако это не так, и после терминальной паузы следует возобновление дыхания и сердцебиения.

Наступает агональная стадия. Само слово «агония» имеет греческие корни и означает битву, борьбу. Тело словно мобилизует оставшиеся ресурсы, пытаясь отвоевать минуты у приближающейся смерти. Сердцебиение учащается, артериальное давление несколько возрастает, что может привести к кратковременному возвращению сознания. Тогда человек будет реагировать на речь и другие раздражители, но это «светлое окно» длится очень недолго. Дыхание может быть как редким и слабым, так и, напротив, поверхностным и частым. Может появиться выраженное напряжение мышц (тонические судороги), непроизвольное мочеиспускание и дефекация. Длительность этой фазы составляет от нескольких минут до нескольких часов.

Затем наступает клиническая смерть. Отключается дыхание, останавливается сердце, отсутствуют зрачковый и другие рефлексы. Признаки жизни не определяются, но фактически головной мозг в этот период еще живет, работая на остатках питательных веществ внутри своих клеток. Это состояние длится 5–6 минут, во время которых еще возможно вернуть человека к жизни. Однако в случае неизлечимых заболеваний, к которым относится и деменция, реанимационные мероприятия не проводятся.

Биологическая смерть, наступающая после клинической, уже не относится к процессу умирания, это его конечный результат. Во всех тканях тела прекращается метаболизм, биологические заводы внутри каждой клеточки останавливаются. Гаснет свет, и это всегда необратимо.

Иногда, замечая первые признаки приближающейся смерти, родственники больного начинают испытывать жгучее чувство вины, смешанное с беспомощностью. Елена ухаживала за мамой с деменцией долгие 12 лет, пройдя весь путь от ее первых «я забыла, какой ключ от этого замка» до терминальной фазы деменции. Она видела почти все, с чем только может столкнуться ухаживающий близкий, но именно последние дни были для нее тяжелее всего. Она говорила об этом так: «Я понимала, что это рано или поздно случится, и, не скрою, давно ждала этого. Но когда стало понятно, что счет идет на дни, во мне словно что-то сломалось. Я как будто забыла все эти годы, мамину болезнь, свои и ее страдания. Осталась только мама, которая вот-вот умрет у меня на руках, а я ничего не делаю для того, чтобы ее спасти. Муж говорил мне: ”Лена, она уже сама устала жить, отпусти”. Но, понимаете, я не могла. Как это так – даже не попытаться спасти человека? Я вызывала скорую, потом еще раз и еще, однако врачи отказывали в госпитализации, говоря то же, что и муж. Но я настаивала, и в конце концов ее забрали. Мама умерла на следующий день в реанимации, одна. Я не понимаю теперь, что со мной тогда случилось, почему я как с ума сошла в тот момент. Мне казалось, врачи ее спасут, и все станет как раньше. Глупо, да, и я теперь так жалею, что не оставила ее дома, не была рядом в этот момент. Не могу себе этого простить».

На самом деле, это очень понятная реакция.

Мы привыкли видеть в смерти врага, с которым надо бороться и победить.

С детства знаем, что если очень плохо, нужно к врачу, в больницу – там спасут жизнь. Но забыли, что не каждую смерть нужно прогонять. Когда от жизненного огня в теле человека остался только догорающий пепел, смерть принесет избавление и покой.