Я провела два дня в Национальном институте здравоохранения с ведущими учеными, изучающими стресс, чтобы обсудить, как можно наилучшим образом повысить устойчивость к стрессу и измерить ее. Единственный метод, с которым все согласились, – это… физические упражнения.
После этих встреч я осталась довольной тем, что упражнения так высоко ценятся, но у меня был шок от того, что мы так мало знаем. Я вернулась в свою лабораторию, думая: «И это все? Физические упражнения – это все, что у нас есть?»
Эффективность ВИИТ является серьезным достижением – доведение до «минимально необходимой дозы» делает метод еще более доступным. Но не каждый может применить эту тактику. Я искала другие способы испытать здоровый острый стресс без физических упражнений. Я долго обдумывала этот вопрос – по сути, с тех пор как написала ту первую статью о стрессе в 1998 году!
И вот тогда мои пути и пересеклись с Айсбергом.
Когда Ассоциация спа-индустрии пригласила меня на Глобальный саммит по оздоровлению в 2017 году, я чуть было не отказалась. Саммит показался мне мероприятием «индустрии хорошего самочувствия», и я действительно не представляла, какой вклад могла бы внести. В лаборатории у меня было много дел, и трудно было выкроить время. По пути на самолете во Флориду я начала испытывать тревогу и сожалеть о своем решении участвовать. Я представляла, как буду чувствовать себя белой вороной. Мой доклад больше соответствовал конференциям, посвященным бедности, травмам и неравенству в области здравоохранения. Возможно, я просто трачу свое время? Наконец, я прервала внутренний монолог и напомнила себе: из любой конференции всегда получается что-то стоящее; следует относиться к этому как к приключению. Я закрыла глаза и попыталась непредвзято отнестись к предстоящему событию, к тому, что нового могу увидеть и узнать и с кем могу встретиться.
Я прибыла на конференцию и подготовилась к своему выступлению. Подходила моя очередь, но оратор, который выступал передо мной, сразу привлек мое внимание. Он был немного похож на пещерного человека: высокий, жилистый, загорелый, взъерошенный, с большой серебристой бородой. На нем были шорты и простая футболка. Все остальные были в костюмах и галстуках.
Его звали Вим Хоф, и он более известен под своим прозвищем Айсберг. Он приобрел международную известность благодаря экстремальным трюкам, большинство из которых связаны с сильным воздействием холода: взойти на Эверест в одних шортах, пробежать марафон босиком за полярным кругом, часами сидеть в ванне со льдом. Он провел бóльшую часть своей жизни, экспериментируя над своим телом и тем, как оно может выдерживать воздействие холода. И, к моему глубокому удивлению, выступление было посвящено его собственному опыту повышения устойчивости к стрессу путем длительного пребывания на холоде или прямо во льду.
Айсберг рассказывал, что его «тянуло ко льду» с подросткового возраста: зимой он бросался в ледяное озеро, а затем чувствовал себя удивительно бодрым. Став более взрослым, он пережил глубокую утрату: его жена покончила с собой. Он был отцом-одиночкой с четырьмя детьми и испытывал финансовые трудности. И один из способов справиться с этим, стать более устойчивым психологически, заключался в том, чтобы погрузиться в экстремальный холод – ледяную воду.
– Мои дети спасли меня, – сказал он. – Лед исцелил меня.
Звучит как метафора, но в данном случае это вполне может быть правдой в буквальном смысле. Хоф был предметом научного интереса в течение многих лет: он показал, что разум действительно может одержать победу над вегетативной нервной системой. Исследователи изучали способности Хофа контролировать процессы, которые мы всегда считали непроизвольными воспалительными реакциями. Было бы легко списать все это на случайность – может быть, у этого парня по какой-то неведомой причине действительно крепкая нервная система. Но затем появилась пара исследований, в которых использовался метод Вима Хофа (сочетающий воздействие холода и определенный тип дыхания: глубокие вдохи, мощные выдохи и задержку дыхания) и изучалось, можно ли при помощи этого метода улучшить психическое состояние других людей. И… оказалось, что можно.