Рецепт от стресса. 7 дней до легкого принятия трудностей

Что происходит внутри клеток, когда мы находимся в уединении и в состоянии глубокого покоя? Именно этот вопрос мы с коллегами намеревались изучить в исследовании, которое провели вместе с докторами Дж. Руди Танзи и Эриком Шадтом [3]. Эрик – математик, который с помощью сложного моделирования может выявить закономерности изменения активности более чем 20 тысяч генов. Для этого исследования (того самого, которое мы обсуждали в главе «День первый») мы набрали испытуемых, которые никогда раньше не медитировали – абсолютных новичков – и привезли их всех в ретритный центр. Затем мы разделили их на две группы. Первая на той неделе прошла обучение мантра-медитации у Дипака Чопры и других учителей. Вторая просто жила в прекрасном ретритном центре, ела те же полезные аюрведические блюда, бродила по тем же живописным тропам. Все полностью отключились от работы, телефонов и компьютеров.

Оказалось, что простое пребывание в ретритном центре независимо от того, занимались ли участники медитацией, приводило к резким изменениям в активности экспрессии генов в иммунных клетках, настолько сильным, что машинное обучение могло предсказать профили после ретрита с точностью 96 процентов. Или, проще говоря, активность клеток после пребывания в ретрит-центре разительно отличалась от той, что была в день прибытия участников! Мы наблюдали снижение воспалительной активности, уровня окислительного стресса, повреждения ДНК и деградации митохондрий. Все это – великие достижения! Процессы, связанные с аутофагией – очисткой клеток, – наоборот, активизировались. Люди в обеих группах сообщили, что чувствовали себя полными жизненных сил в конце недели и у них значительно снизился уровень депрессии, тревоги и стресса. Суть в том, что не нужно учиться медитировать, чтобы ощутить пользу для здоровья. Мы просто помещали людей в прекрасную расслабляющую обстановку (без доступа к гаджетам), и это вызывало быстрые и мощные изменения в организме.

Воздействие практик осознанности и медитации может быть глубоким. Разительный контраст между нервной системой человека, который занимается сосредоточенной медитативной практикой, и нервной системой того, кто погружен в стрессовую обстановку, разителен. Один молодой человек, прошедший курс медитации осознанности для беженцев, который проводил мой коллега профессор Амит Бернштейн, описал, на что это было похоже: «Это состояние, когда ум отдыхает, а затем вы можете ощутить очень ясное, незапятнанное состояние. Для меня это как лекарство. Возможно, для вас это роскошь, но для меня это лекарство. Я использую этот опыт как лекарство» [4].

Право на отдых

Не все мы имеем равный доступ к качественному отдыху, исходя из нашего личного опыта и социальных факторов. У каждого из нас свои уникальные проблемы; мы все разные, с тщательно откалиброванными нервными системами, разными триггерами, разными факторами, которые успокаивают нас и заставляют чувствовать себя в безопасности.

Тридцать процентов из нас пережили детскую травму, которая для большинства несет ощущение большей угрозы со стороны повседневных источников стресса и вызывает повышенную бдительность и напряжение.

Теперь мы знаем, что людям с ранними детскими травмами особенно полезны практики взаимодействия разума и тела, которые обеспечивают состояние глубокого покоя.

Отдых – это часто вопрос социальной справедливости: существуют как социально-экономические, так и расовые барьеры для глубокого отдыха. Не у всех есть одинаковые возможности для отдыха и даже право высыпаться. Группы, подвергающиеся маргинализации, особенно афроамериканцы, сталкиваются с неравенством. Исследования показывают, что афроамериканцы, латиноамериканцы и азиаты в Америке спят меньше и хуже по сравнению с белыми американцами [6]. Триша Херси – артистка и общественный деятель, автор инициативы Nap, основанной на принципе, что отдых – это форма сопротивления [7]. Она пишет на своем веб-сайте: «Мы считаем, что отдых – это духовная практика, вопрос расовой и социальной справедливости».