Российско-японское противостояние на море. Дуэль флотов и разведок. 1875-1922

Флотская разведка, в частности, не сумела обнаружить выход крейсеров из Владивостока к берегам Кореи ни в первый (4—14 февраля), ни во второй (24 февраля – 1 марта) раз. Русские боевые корабли засекались уже непосредственно в море встречными японскими судами, береговыми постами наблюдения и связи либо береговыми радиостанциями. Обстановку во Владивостоке после артиллерийского обстрела города 6 марта 2-й эскадрой 2-го флота Морской Генштаб выяснил только 16 апреля благодаря поступившей в адрес газетного издательства «Асахи симбунся» в Токио телеграммы из Гэндзана о результатах беседы с корейскими беженцами из Приморья, которые сообщили, что «ряду артиллерийских позиций причинён определённый ущерб», «командование крепости издало приказ об её сожжении, эвакуации в Маньчжурию и уничтожении всего имущества в случае успешного наступления японской армии», «4 боевых корабля, хотя днём и выходят из гавани, на ночь обязательно возвращаются в неё», «население испытывает беспокойство, две трети жителей уже сбежали» и т.д. Впрочем, о посадке на камни крейсера «Богатырь» 15 мая 3-е отделение МГШ узнало спустя пять дней после случившегося из телеграммы неназванного достоверного источника[316].

Не подозревая об ограниченных возможностях японской разведки, командование царского флота исходило из наличия во Владивостоке разветвлённой шпионской сети противника. Поэтому с учётом опыта первых двух крейсерств 9 марта командующий Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал С.О. Макаров потребовал от командира владивостокского отряда контр-адмирала К.П. Иессена соблюдения строжайших мер секретности при организации выхода: не сообщать дату выхода никому, кроме шифротелеграммы командующему флотом; в целях маскировки ежедневно посылать в море на несколько часов 1–2 крейсера; не устраивать имевших ранее место публичных проводов кораблей[317].

Чтобы хоть как-то компенсировать дефицит данных, в начале июля 1904 г. МГШ командировал в Гэндзан, куда из Владивостока стекались корейские беженцы, группу из 4 унтер-офицеров под командованием капитана 2-го ранга Цутияма Тэцудзо для «секретного сбора разведывательной информации об обстановке в данном районе» и попросил местное японское консульство оказать ей всяческое содействие[318]. Одной из задач разведгруппы Цутияма являлась организация разведки на Владивосток с помощью агентов-корейцев и опроса переходивших границу корейских граждан, что ей удалось сделать в начале августа (деятельность этого разведаппарата продолжалась до марта 1905 г.).

Первый доклад от Цутияма о Владивостоке поступил в МГШ 8 августа 1904 г. Составленный по результатам беседы с прибывшим из Приморья корейцем, он не содержал значимой для оперативного планирования информации, а лишь сообщал общие сведения о владивостокском отряде[319]. Поэтому военно-морская разведка не сумела своевременно обнаружить выход в море 12 августа «России», «Рюрика» и «Громобоя» для оказания помощи шедшей на прорыв из Порт-Артура эскадре, хотя в результате завязавшегося между отрядом и 2-м флотом боя русская сторона потеряла 1 крейсер и была вынуждена вернуться во Владивосток.

После сражения 14 августа владивостокский отряд крейсеров фактически прекратил активные боевые действия на коммуникациях противника. Наряду с полученными повреждениями ситуацию усугубила авария крейсера «Громобой», который 13 октября 1904 г. налетел на подводную банку в заливе Посьет. В это время док был занят распоровшим днище о камни 15 мая «Богатырём», поэтому ремонт «Громобоя» затянулся до 22 февраля 1905 г. «Богатырь» так и не был восстановлен до конца Русско-японской войны. Вспомогательный крейсер «Лена» в августе 1904 г. вёл крейсерские операции в Тихом океане на линии Сан-Фран циско – Йокогама, однако спустя месяц по приказу из Санкт-Петербурга разоружился в американском порту. В мае 1905 г. оба боеспособных крейсера и миноносцы совершили набег на японские коммуникации в Сангарском проливе и у о. Хоккайдо, однако 24 мая «Громобой» напоролся на мину и также стал в ремонт. На этом участие владивостокского отряда крейсеров в Русско-японской войне завершилось[320].