Российско-японское противостояние на море. Дуэль флотов и разведок. 1875-1922

Качество информационных материалов МГШ улучшилось после того, как в 1908 г. 4-е отделение заручилось согласием МИД на совмещение должности резидента флотской разведки с исполнением основных обязанностей одним из младших секретарей владивостокского консульства.

В одном из первых своих донесений от 8 октября 1908 г. младший секретарь миссии Исида Торамацу докладывал: «Личным наблюдением к настоящему времени установлены следующие корабли и суда, базирующиеся на Владивосток: крейсеры „Аскольд“ и „Жемчуг“ (в настоящее время вышли в море на учения), канонерская лодка „Манджур“, эсминцы „Бодрый“, „Бравый“, „Грозный“, „Властный“, „Грозовой“, „Тревожный“, „Точный“, „Твёрдый“ (хотя сведения, по большей части, и устаревшие, 3 мая эти эсминцы вместе с транспортом „Шилка“ выходили в море на учения), эсминцы „Сердитый“, „Смелый“, „Скорый“ (в прошлом году его экипаж под революционным флагом поднял мятеж и вёл стрельбу), миноносец №202 (5 июня совместно с миноносцем №211, подводными лодками „Скат“, „Касатка“ и плавбазой ПЛ „Ксения“ выходил в море на учения), миноносец №205 (14 мая совместно с миноносцем №206 и транспортом „Аргунь“ выходил в море на учения), миноносцы №206 (см. примечание к миноносцу №205), 210, 211 (см. примечания к миноносцу №202), торпедные катера №94 и 97 (в середине прошлого года совместно с транспортом „Тобол“ выходили на траление в море), подводные лодки „Касатка“ (см. примечания к миноносцу №202), „Скат“ (см. примечания к миноносцу №202), „Осётр“ (14 июня выходила в море на учения), транспорты „Якут“, „Шилка“ (см. примечания к эсминцу „Бодрый“), „Тобол“ (см. примечания к торпедному катеру №94), „Аргунь“ (см. примечания к миноносцу №205), плавбаза ПЛ „Ксения“ (см. примечания к миноносцу №202), портовые суда „Надёжный“, „Находка“ (обеспечивает сообщение с Уссурийским заливом), „Польза“ (см. примечания к торпедному катеру №94), „Свирь“»[392]. Хотя эти сведения были точнее тех, что содержались в справочнике «Пункты базирования флотов ведущих стран Европы и Америки в зоне Тихого океана, Южных морей и Австралии» за сентябрь 1907 г., Исида также не смог избежать ошибок: он правильно показал все крейсеры, но отразил вместо 20 эсминцев 11, вместо 7 номерных миноносцев 5, вместо 13 подводных лодок 3.

Спустя год, 17 декабря 1909 г., в очередном докладе Исида для 4-го отделения МГШ были приведены более точные данные о корабельном составе Сибирской флотилии, но и в нём резидент не упомянул 3 эсминца («Грозный», «Сердитый», «Смелый»), ошибочно причислил к подводным силам на Тихом океане 3 субмарины Балтийского флота («Дракон», «Крокодил», «Кайман», «Аллигатор»), не отразил 7 номерных миноносцев[393].

Поэтому из-за ограниченности разведывательных возможностей 4-го отделения МГШ на российском Дальнем Востоке в его справочных материалах до начала Первой мировой войны информация по Сибирской военной флотилии хотя и носила по большей части достоверный характер, всё же содержала погрешности, которые со временем были устранены.

Так, в подготовленном МГШ в августе 1911 г. справочнике «Организация ВМФ ведущих держав» боевой состав флотилии был отражён правильно – 2 бронепалубных крейсера, минно-торпедная бригада (2 дивизиона эсминцев по 10 единиц), дивизион подводных лодок, канонерская лодка «Манджур», отдельные вспомогательные суда; верно охарактеризованы задачи эсминцев как несение дозорной службы и отработка мероприятий боевой подготовки в прибрежной морской зоне, а в отношении подводных сил сделан вывод об их низкой боевой эффективности. Однако в числе действовавших составители справочника показали только 16 эсминцев, вместо имевшихся 20, а о гибели подлодки «Форель» в 1910 г., видимо, не подозревали[394].

Но уже через три месяца 4-е отделение МГШ исправило неточности в оценке боевого состава Сибирской военной флотилии, правильно указав в «Секретном бюллетене по текущей обстановке в ведущих странах», что на Тихом океане Россия располагает только 2 бронепалубными крейсерами 1-го и 2-го рангов, 20 эсминцами и миноносцами, 12 подводными лодками, так как Дальневосточный морской театр считался второстепенным и царское правительство не имело возможности содержать здесь флот, способный на равных воевать в открытом море с потенциальным противником. Достоверные данные о боевом составе флотилии фигурировали и в «Секретном бюллетене» за март 1912 г.[395]

Принципиальными вопросами для командования японского флота в межвоенный период оставались выяснение планов царского правительства по восстановлению, расширению и модернизации его военно-морских сил, а также оценка намерений Санкт-Петербурга в отношении Токио. Поэтому большая часть информационных материалов РУ МГШ была посвящена анализу этих проблем.