Российско-японское противостояние на море. Дуэль флотов и разведок. 1875-1922

«В обновлённом после [Русско-японской] войны положении [о составе и разделении сил] флота [утверждённом Советом министров 5 ноября 1907 г.] говорится, что эскадра [действующего флота] должна насчитывать 8 линкоров, 4 броненосных, 8 лёгких крейсеров, 36 эсминцев и миноносцев и некоторое количество вспомогательных судов. Также известно, что наименьшая комплектация эскадры включает 4 линкора, 4 крейсера, 18 эсминцев и миноносцев. Очевидно, что перспективная кораблестроительная программа русского флота свёрстывается с целью постепенного увеличения его нынешней боевой мощи до уровня, когда бы он имел на каждом морском театре по более чем одной полной или сокращённой эскадре. И тогда, в ближайшие несколько лет, принимая во внимание аналогичную ситуацию у других великих держав, благодаря реализации данной программы Россия будет иметь линейные корабли дредноутного типа водоизмещением примерно 23 000 тонн, линейные крейсеры такого же водоизмещения, быстроходные лёгкие крейсеры водоизмещением несколько тысяч тонн, а также эсминцы водоизмещением около 1000 тонн и миноносцы океанского класса.

Всё, что касается корабельного вооружения, является строго охраняемой государственной тайной, поэтому каких-либо материалов для оценки по этому вопросу нет, но говорят, что на линкорах дредноутного типа главный калибр будет представлен 12 305-мм орудиями с длиной ствола 52 калибра».

Отдельным пунктом справки шли взаимоотношения России с Японией. Сотрудники флотской разведки полагали, что, несмотря на нормализацию межгосударственных отношений после войны и заключение русско-японских соглашений 1907, 1910 гг., в действиях России на Дальнем Востоке присутствовали моменты, которые требовали постоянного внимания: затратная прокладка второй колеи Транссиба, начало строительства Амурской железной дороги, активное пополнение Амурской речной флотилии канонерскими лодками, стимулирование переселения на Дальний Восток населения, поддержка здесь производства, значительное ежегодное дотирование убыточной Китайско-Восточной железной дороги и Добровольного флота, постепенное восстановление военно-морских сил и береговой обороны на Тихом океане[400].

Как уже отмечалось, спустя месяц после публикации этого бюллетеня – в феврале 1911 г.– Государственная дума согласилась отпустить необходимые средства на постройку 3 линкоров для нужд Черноморского флота в ответ на усиление военно-морских сил Турции 3 линейными кораблями дредноутного типа. Это событие не осталось не замеченным японской военно-морской разведкой, и в «Секретном бюллетене по текущей обстановке в ведущих странах» за март она отметила, что весной 1911 г. на судостроительных заводах в Севастополе и Николаеве спланировано заложить от 2 до 4 линкоров типа «Dreadnought» для усиления Черноморского флота (в мае РУ МГШ пришло к заключению о закладке там 4 линкоров, но в июле уже достоверно знало о программе строительства 3 линкоров, 9 эсминцев и 6 ПЛ)[401].

В целом разведорганы японского флота на протяжении 1911 г. внимательно наблюдали за развитием русской кораблестроительной программы и модернизацией царских ВМС. В «Секретном бюллетене по текущей обстановке в ведущих странах» за ноябрь 1911 г. 4-е отделение МГШ опубликовало перевод поданных морским министром И.К. Григоровичем на имя Николая II в апреле «Закона об императорском российском флоте» и «Объяснительной записки к нему». Из них вытекало, что основные усилия российского военно-морского ведомства были направлены на создание мощных Балтийского и Черноморского флотов, а Сибирская военная флотилия оставалась пасынком, который должен был иметь в своём боевом составе только 2 броненосных крейсера, 18 эсминцев, 12 подводных лодок и 3 минных заградителя. В целом благоприятная оценка состояния российско-японских отношений, сделанная 4-м отделением МГШ в январе, осталась неизменной[402].

Своеобразным итогом изучения флотской разведкой тенденций развития ВМФ Российской империи после окончания Русско-японской войны стала публикация «Ассоциацией национальной обороны Великой Японии» в октябре 1913 г. не предназначенной для продажи брошюры «Военно-морской флот России» за авторством сотрудника 4-го отделения МГШ, бывшего языкового стажёра в Санкт-Петербурге капитана 3-го ранга Судзуки Отомэ.