Рождение Древней Руси. Взгляд из XXI века

Известия о кореле появляются в летописях лишь с XII в., а в новгородских берестяных грамотах с середины XIV в., когда она уже вошла в состав Новгородской земли[195]. Поэтому в финской литературе высказывалось мнение о сравнительно позднем появлении корелы в Приладожье. Согласно ему, предки финского и карельского племен в эпоху викингов вынуждены были расселяться с территории современной Эстонии. Сначала были освоены юго-западные области нынешней Финляндии, а затем небольшими группами расселение пошло в восточном и северном направлениях. В результате этого процесса в Северо-Западном Приладожье в XII–XIII вв. за счет переселенцев из Финляндии сформировалась корела. Другая точка зрения утверждает, что в формировании корелы главную роль играли выходцы с юго-востока, из района Ладоги. Еще одно мнение сводится к тому, что сюда переселилась часть племени весь, и при взаимодействии с выходцами из еми переселенцы стали основой корельского племени. Наконец, еще одна версия говорит о том, что ядром корелы явилось все же местное население при сильном влиянии со стороны Новгорода.

С проблемой формирования корелы тесно связана история племени ижора, которая, согласно данным XIII–XIV вв., занимала территорию бассейна Невы и часть побережья Финского залива. Первое летописное упоминание ижоры новгородской летописью относится к 1228 г.[196] Шведы и немцы называли Ижорскую землю Ингрией. Этот топоним упомянут впервые в булле римского папы Александра III (1159–1181), адресованной в 1172 г. главе шведской церкви упсальскому епископу Стефану, его подчиненным епископам, а также ярлу Гутторму. Существует точка зрения, что этноним этого племени происходит от названия левого притока Невы реки Ижоры (Ingere). Другие исследователи возводят его к личному княжескому имени Игорь или Ингварь. Ижора – сравнительно молодое этнообразование. На основе языковых данных исследователи полагают, что группа корелы, отпочковавшаяся от основной массы этого племени, осела на берегах Невы и южнее, образовав на рубеже 1-го и 2-го тыс. самостоятельную этническую единицу. Другие указывают на то, что потомки ижоры называли именно себя настоящей корелой.

К северу от корелы простирались земли саамов (летописная лопь). Именно от этого названия происходит название Лапландии (буквально «земля лопарей»). Саамы, жившие на крайнем севере Скандинавского и Кольского полуостровов, представляли собой разрозненные племена обитателей этого сурового края, мало связанные между собой. Об этом свидетельствуют наблюдения лингвистов над языком современных саамов. В настоящее время в нем насчитывается до десятка разных диалектов, объединяемых в две группы: западную (Норвегия, Швеция, часть Финляндии) и восточную (Россия, часть Финляндии). Различия между ними настолько велики, что некоторые из финских языковедов полагают их даже отдельными языками. Это со всей очевидностью свидетельствует о распаде прежней саамской языковой общности уже много столетий назад.

И хотя формально саамские языки образуют особую подгруппу финно-угорских языков, значительная часть лексики не находит соответствия в родственных языках. Поэтому ряд специалистов склонны выделять саамские языки в отдельную группу уральских языков наряду с самодийскими и финно-угорскими. Проводимые в последнее время генетические исследования позволили поставить вопрос об отнесении саамов к автохтонному населению, пришедшему на север Скандинавии вслед за отступлением ледника еще в эпоху неолита. Упоминание в уставе Ярослава Мудрого «о мостех» «Лопского ста» в Новгороде свидетельствует о новгородском влиянии на саамов уже в первой половине XI в.[197]

Но, пожалуй, самым заметным племенем северо-востока Европы являлась весь. Судя по всему, первое ее упоминание содержится в перечне племен, названных готским историком VI в. Иорданом, где он упоминает племя Vasina, что, очевидно, соответствует веси[198]. Арабские и западноевропейские авторы X–XIV вв. неоднократно упоминают о стране вису (ису, весу). Арабские путешественники сообщали о том, что сюда отправлялись за пушниной болгарские купцы, вывозившие шкурки бобров, белок, горностаев и т. п. Подтверждением служат довольно многочисленные находки арабских монет. Пушные богатства веси привлекали к себе внимание и скандинавов. Подобное внимание к этому народу не случайно – именно отсюда шел основной поток мехов, так высоко ценившихся на рынках Запада и Востока[199]. В литературе высказывалась точка зрения, что страна вису находилась в Среднем Прикамье, однако обычно ее отождествляют с весью и помещают к северу от Верхней Волги. Основанием для этой локализации послужило довольно точное указание