Читаем Русская кухня: от мифа к науке полностью

Кулинарные таланты старшей из сестер Бекетовых — Екатерины Андреевны — оказались и вовсе незаурядны. Когда ей было 22 года, она училась на Бестужевских курсах. Как-то летом на именины Александра Николаевича Энгельгардта приехало много гостей. Нужно было соорудить обед на все это общество, а в обиходе не было ни одной кухарки. Александр Николаевич, очень любивший тонкие обеды, должен был довольствоваться бабьими пирогами и щами. И вдруг Екатерина Андреевна Бекетова, надушенная барышня со шлейфом, в модном платье и с беленькими ручками, обнаружила кулинарные таланты и приготовила с помощницей настоящий барский обед на всю компанию: бульон с кореньями, гору пирожков «со вздохом» (крошечные вздутые пирожки из нежного пресного теста) с разными начинками, большое жаркое, и огромный земляничный мусс, сооруженный в начисто вымытом умывальном тазу. Говорят, Александр Николаевич был в восторге и от обеда, и от его создательницы.



Мария Андреевна Бекетова (1862–1938) и ее книга. Государственный мемориальный музей-заповедник Д. И. Менделеева и А. А. Блока


Все эти женщины, «бекетовские тетушки», и создали уникальный документ — «Поваренные тетради» семьи Бекетовых-Блока. Они бережно хранились более 150 лет и были переданы в дар подмосковному музею троюродными сестрами поэта, Александрой Владимировной и Ксенией Владимировной Бекетовыми. Заглянем и мы в них.

Печенье Ксении Бекетовой

100 г масла (несоленого), 1 ст. сахара, 1 яйцо растереть. В эту массу вбивать хорошего качества геркулес до 3 стаканов. Накладывать на лист ложечкой и печь на среднем огне. Для вкуса следует класть корицу или ваниль. Хорошо добавлять тертые орехи.

Печенье Берты Семеновны с маком

1 фунт или ¾ фунта масла, 6 яиц, 3 стакана сахару, ¾ стакана молока, ½ фунта размоченного мака, 2 ч. ложки соды, кардамон, масло. Муку столько, сколько надо для обыкновенного мягкого теста. Все смешать, раскатать не тонко, нарезать кружки, наколоть вилкой и печь.

Царский пирог

5 желтков растереть с ½ стакана сахару добела. ¼ фунта свежего масла растопить и стереть добела, смешать с желтками, положить туда же 1 ст. муки и 1 рюмку водки, размешать. Другой стакан муки высыпать на стол и на эту муку выложить все тесто и замесить, пока вся мука войдет. Месить осторожно, чтоб не замаслить, вынести на холод, чтоб застыло. Сделать следующую начинку: 6 кислых яблок очистить, мелко изрубить и проварить с ½ стакана сахару до готовности, пока станет гладкая масса. Всыпать ½ ст. кишмишу перебранного, вымытого, вытертого. Добавить ½ фунта мелко порубленных цукатов, 1 рюмку вина или ½ рюмки водки, 1 ложку варенья без соку; все это смешать и остудить. Занести тесто, разрезать его пополам и раскатать очень тонко, тоньше чем в ½ мизинца. Раскатать очень осторожно, чтоб не разорвать, в виде кружка, положить в полуглубокую сковороду и хорошо разровнять. Положить начинку, раскатать другой корж и накрыть начинку, придавить край, проколоть вилкой и поставить в горячую, но не раскаленную печь. Печется до тех пор, пока начнет отставать от краев, вынуть на блюдо и, когда остынет, резать.

Так тянется нить кулинарной преемственности: от хозяек загородных усадеб XIX века к нашим современникам, которые с интересом снова готовят по этим старым рецептам.

Дачная история с продолжением

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука

Похожие книги