Самоучитель бокса. Как встать с дивана и начать тренироваться

В 29 лет меня отчислили из сборной СССР. Сказали: тебе почти тридцать, снимай перчатки. А я дал себе слово: пока не стану чемпионом СССР, перчатки не сниму! Все обалдели, смеются, «ха-ха-ха». Издевались надо мной. Все спрашивали: когда будешь, когда будешь? А я молча пашу и пашу, вкалываю и вкалываю!

В 34 года я становлюсь чемпионом ВЦСПС СССР, это «профсоюзы», и в 34 же года становлюсь чемпионом СССР. А это пятнадцать республик! Чтобы завоевать эту медаль, мне пришлось нокаутировать четырех соперников. Потом я еще раз взял «Союз» (во второй раз Сергей Ломакин стал чемпионом СССР в 1969 году. – Прим. авт.).

В 1968 году мне было тридцать четыре, Олимпийские игры (в Мехико, Мексика. – Прим. авт.). Я не еду – «старый». На Игры едет Виликтон Баранников, у него дядя в министерстве торговли СССР. Он купил тогда всех тренеров, и повезли Баранникова. Он стал призером Олимпийских игр, хотя чемпионом Советского Союза еще не был!

На следующий год приезжает Баранников на чемпионат СССР как призер Олимпиады… Мы встречаемся, и я его с такой злостью, в одну калитку выигрываю. Он даже тогда заплакал. Чемпионом Европы был, призером Олимпийских игр был, а чемпионом СССР так и не стал. Я его два или три раза побеждал. По очкам, но в одну калитку. Я его бил, он вставал, нокдауны у него были, и мы опять продолжали…

Здесь автор статьи должен сделать отступление, чтобы внести некую ясность.

В 1968 году Сергей Ломакин должен был поехать на Олимпийские игры в Мехико в ранге чемпиона СССР, однако ему, 34-летнему, предпочли 28-летнего Евгения Белоусова, которого он по всем статьям разбил на чемпионате страны. Это вообще была скандальная история, о которой даже написали передовые спортивные газеты тех лет. Поэтому, упоминая о 1968 годе, Ломакин имел в виду Белоусова, а не Баранникова.

Но о Баранникове все, что написано, а точнее, сказано Ломакиным, – правда. Виликтон Баранников ни разу не был чемпионом СССР, хотя четырежды – серебряным призером, и бесспорно, это отличное достижении. Однако Ломакину он проиграл все очные поединки, которых было четыре. Такова история. Белоусову помогали одни, Баранникову – другие, а страдал Ломакин.

Забегая вперед, скажу, что однажды Ломакину в кулуарном разговоре сказали: «Эх ты, вот записал бы в тренеры меня, то поехал бы на все три Олимпиады. А ты у нас парень принципиальный, гордый. Ну, вот и результат!»

Так что вот так. Что касается некоей путаницы в интервью с датами и соперниками, то сделайте скидку на время, возраст и болезнь Сергея Маркеловича. Путаница может быть, но все это истинная правда. Лгать Маркелыч просто не умел. Он был такой же прямой, как и его удар в печень.

Продолжаем наше интервью.

– Кто были ваши конкуренты в сборной СССР? Тогда сильная сборная была!

– Да, Борис Никаноров, Николай Хромов. Труднее всего было с Борей Никаноровым. С Хромовым стояли, когда он был еще 57 кг.

– Как дрался Владимир Сафронов?

– Олимпийский чемпион и есть олимпийский чемпион. Техничный, мощный, бьющий. На Олимпиаду повезли его, а не меня. Он приехал олимпийским чемпионом.

– То есть и вы могли поехать на ту Олимпиаду? Ведь Сафронов поехал вместо Засухина? Он заболел, и взяли Сафонова.

– Да, так, наверно, и было. Трудно вспомнить, столько лет прошло.

– Расскажите, что с вами случилось на чемпионате Европы 1969 года в Бухаресте?

– Глупость, моя и тренера. Я там два или три боя выиграл досрочно. И вот четвертый бой с местным Калистратом Куцовым, с румыном, в Бухаресте (Румыния). Работаю легко, ухожу свободно, выигрываю, в общем.

Тренер в перерыве мне говорит: «Сережа, молодец, выигрываешь, так дальше и продолжай». Я дальше, хлоп-хлоп, обыгрываю его. Публика молчит, никаких оваций, потому что проигрывает их парень.

Тренер в перерыве мне снова: «Давай, молодец». А они там посадили своих судей, они считают, и Калистрат Куцов становится чемпионом Европы, а я бронзовым призером (на Олимпиаде 1968 года в Мехико Куцов стал бронзовым призером. – Прим. авт.).

Я тогда даже заплакал. Очень обидное поражение. Наверное, самое обидное во всей карьере. Я выигрывал там все бои досрочно, а тут местного румына не стал добивать, решил пожалеть, так как он был представителем дружественной страны, а они меня засудили.

По жизни, наверное, мне было бы легче, если бы я стал тогда чемпионом Европы, но я стал призером. Это была моя глупость и глупость тренера. Надо было мне сказать: «Сережа, закончи досрочно». И я бы закончил досрочно. Моим тренером тогда был Мартынов. А главным тренером сборной СССР был Огуренков.

– Вы жили пять лет в Таджикистане. Как вас туда занесло?