Самоучитель бокса. Как встать с дивана и начать тренироваться

– А занесло меня так. Я прочитал, что есть такой тренер Грейнер, шестикратный чемпион СССР, живет в Таджикистане. Я жил тогда в общежитии. Пять домов, в каждом по 500 человек. Две с половиной тысячи ребят и девчонок. Что творили – это просто кошмар.

Днем все на работе, а после пяти все там – пьют, кругом бутылки. Мне суют: «Серега, выпей. Мы тебя угощаем. Ты на халяву не можешь выпить?» Я им: «Пейте сами». Хватаешь сумку, и бегом на тренировку. Ехать надо было через всю Москву от завода ЗИЛ до Измайлово. Возвращаюсь часов в 11 вечера, начало 12-го, а они уже все лежат, кто на кровати, кто под кроватью. А кто-то еще и сидит: «О, Серега приехал, давай!»

Вот это самое сложное было, пройти этот этап, не сломаться. Надо иметь характер. Почему бы не выпить на халяву? И вот так поломались десятки и сотни ребят. Сломались те, кого я даже сам возил на бокс.

– Сергей Маркелович, чтобы стать большим чемпионом, что нужно?

– Характер, прежде всего. Настырность. Упрямство. Не ломаться ни перед кем и ни перед чем. Не быть жадным. Не расслабляться.

– Вы были в великой сборной СССР…

– Да, там были Борис Лагутин, двукратный олимпийский чемпион, Борис Никаноров, Стас Степашкин, Олег Григорьев, Геннадий Шатков, Валерий Попенченко…

– А кто из них, на ваш взгляд, был самым талантливым?

– Много талантливых. Борис Лагутин, Стас Степашкин, Дан Поздняк, Олег Григорьев….

– Виктора Агеева видели на ринге?

– Конечно. Это просто чудо.

– Как вы считаете, смогли бы наши боксеры выступать в профи, и вы в том числе?

– Конечно, какой разговор! Особенно по молодости. Тогда многие мечтали, но нам не разрешали. Некоторые даже пытались перейти…

– Как пытались? Письма писали? Обращались к кому-нибудь?

– По-всякому. Ездили, смотрели, как они (профи) тренируются, как выступают. А тренировались они тогда, как и мы. Мы даже сильнее. Потом я ездил по миру, смотрел в Америке, в Европе, в Африке – оказывается, наша школа самая лучшая.

– Говорят, что Николай Королев хотел в свое время перейти в профессионалы, чтобы сразится с Джо Луисом. Многие думали, что он бы проиграл…

– Сложно сказать. Кто бы победил, неизвестно. У каждого были свои сильные стороны. Я на своей шкуре испытал, поездил по всему миру. Нашу школу все полюбили. Какой не покажешь удар – все балдели! Покажешь, как навстречу в печень ударить, еще какой-нибудь удар – всем нравилось.

– Сергей Маркелович, у вас был какой-нибудь пример в боксе? Кумир? На кого вы равнялись?

– Боря Лагутин, двукратный олимпийский чемпион. Умница, боец. Боря Никаноров. В одном весе с ним были. Равные бои проводили. Судьи не знали, кому из нас отдать победу.

– Где вы тренировали после окончания карьеры?

– В Африке, туда приглашали. В Республике Чад, в Венесуэле. По 20 месяцев тренировал. Воспитал нескольких чемпионов. Один парень стал чемпионом Панамериканских игр и перешел в профессионалы.

– За счет чего вы побеждали?

– За счет характера своего. За счет упрямства, дерзости. За счет большой работы. Ночами не спал, думал, как нанести свой коронный удар, как его отработать. Потом встаешь, идешь на тренировку и отрабатываешь. Поэтому и выигрывал нокаутами.

– Когда вы мне показывали, касанием, удар в печень, я сразу ощутил тот ваш страшный удар. Умение у вас не прошло.

– Оно и не пройдет. Оно уже настолько наработано.

– Самое ваше любимое боксерское упражнение?

– Спарринги – это самое основное. Отработка ударов в парах. Потом работа на мешках.

– Любимый удар?

– Встречные удары. В корпус, в голову.

– Коронная серия?

– Встречный по печени и сразу перевод на голову.

– Как нарабатывали коронный удар?

– Он нарабатывается на мешках. И физическая подготовка. Не только силовая, но и кроссы, пробежки, чтобы сердце работало, дыхание. А потом – шлифуешь и шлифуешь удар.

– Сильно надо бить?

– Сильно на снарядах. А партнера своего – нет. Чтобы с тобой не боялись стоять. Чтобы на тебя не махнули рукой и не сказали – он дурачок. Зачем же он бьет людей? Завтра мы его «грохнем».

– Сколько надо пробегать?

– Начало – километр. Потом прибавляешь, прибавляешь. Я вот бегал сначала 5–7 км, потом, когда усовершенствовался, до десяти километров.

– Гладкий бег?