Secrets of Sand Hill Road: Venture Capital and How to Get It

Конечно, есть несколько способов, самый очевидный из которых - доказать, что на самом деле имело место мошенничество или вопиющая самодеятельность. Но, хотя такое, конечно, может иметь место, это довольно редкое явление, которое к тому же трудно доказать.

Проще всего доказать, что большинство членов совета директоров находились в определенном конфликте (например, были двойными фидуциариями), и этот конфликт привел к тому, что они получили финансовую выгоду от сделки (например, приобретения или финансирования), которая не была поровну разделена между простыми акционерами.

В ближайшее время мы рассмотрим этот пример на практике, чтобы более подробно разобраться в нюансах, но по сути это меняет бремя доказывания по делу и дает суду больше свободы действий для изучения деталей деловой сделки. Если вы прочитаете судебные дела в этой области, то увидите, что суды, по сути, готовы заменить собственное мнение советом директоров, если придут к выводу, что в совете директоров не было незаинтересованных квалифицированных лиц, добросовестно представляющих интересы простых акционеров.

При этом суды отказываются от BJR и переходят к новому правилу под названием "полная справедливость". У стандарта полной справедливости есть несколько важных аспектов.

Во-первых, как уже говорилось выше, бремя доказывания меняется. Это означает, что в отличие от дела BJR, где члены совета директоров презюмировались как действующие из лучших побуждений, а на истце лежало бремя преодоления этой презумпции, в деле полной справедливости члены совета директоров не имеют такой презумпции. Фактически, на директорах лежит бремя доказывания того, что они действовали в интересах компании. Я понимаю, что для некоторых из вас это может показаться не очень важным, но когда дело доходит до защиты в суде, бремя доказывания своей правоты оказывается гораздо более сложным, чем презумпция добросовестного ведения дел.

Во-вторых, теперь суды будут гораздо глубже изучать процесс принятия решений и анализировать два конкретных аспекта сделки.

Сначала они проверят справедливость самого процесса, задавая все те же вопросы о работе совета директоров, что и в контексте правила делового суждения, но на этот раз сами члены совета директоров должны будут предоставить суду подтверждение того, что их процесс был правильным. Далее суды будут проверять справедливость цены, достигнутой советом директоров (в венчурном деле это часто цена приобретения или раунда финансирования).

Таким образом, полная справедливость означает, что члены совета директоров должны доказать две вещи: (1) процесс был справедливым и (2) цена была справедливой (что на самом деле означает, что получил от сделки обычный акционер).

Наконец, я уже упоминал об этом, но сейчас самое время повторить. Огромная разница между нарушениями обязанности заботиться и нарушениями обязанности лояльности заключается в том, что директора не могут застраховать себя от нарушений обязанности лояльности. Так что если вы проиграете дело о нарушении обязанностей по уходу, это, конечно, не очень весело, но, по крайней мере, вы не будете нести персональную ответственность за конечный ущерб. Не так обстоит дело с нарушениями обязанностей лояльности: проигрыш может означать, что вам придется копаться в собственном кармане, чтобы получить реальные доллары и центы.

In Re Trados

Чтобы увидеть, как это происходит на практике, давайте обратимся к основополагающему делу штата Делавэр, в котором рассматриваются вопросы фидуциарных обязанностей в контексте приобретения. Помните, я упоминал, что в мире не так много дел, связанных с венчурными компаниями, поэтому это дело очень важно.

Компания Trados, как и большинство других венчурных компаний, начинает с многообещающего стартапа. Trados успешно привлекает несколько раундов венчурного финансирования от очень уважаемых фирм. На самом деле, Trados привлекла в общей сложности 57,9 миллиона долларов за все время своего существования и, казалось бы, добилась хороших успехов. К сожалению, примерно через пять лет жизни компании дела пошли наперекосяк, и совет директоров принял решение о продаже компании. В итоге совет директоров принимает предложение о покупке за 60 миллионов долларов.

В связи с привлечением венчурных средств Trados за несколько лет накопила ликвидационную привилегию, равную 57,9 млн долларов США привлеченного капитала. Ликвидационная привилегия была 1х, не участвующей - напомним, это означает, что у инвесторов есть выбор: взять свою ликвидационную привилегию сверху, или конвертировать в обыкновенные акции и взять сумму, отражающую их долю, но не то и другое. В случае с предложением о приобретении за 60 миллионов долларов всем венчурным инвесторам было выгоднее взять свою ликвидационную привилегию 1х, что они и решили сделать.