И тем не менее практически любую презентацию можно заставить звучать как история. Даже если это всего лишь история в кавычках.
Я убеждён, что:
О первом пункте многое было сказано в подглаве «Скажите то же самое проще».
Добавлю лишь, что нет никакого смысла искусственно завышать ценность прекрасных идей, отличных технологий, замечательных продуктов. Важничанье и надуванье щёк нужно там, где сутью пренебрегают ради видимости. Трудно представить себе бизнес, который долго продержится на силе иллюзии. Прочен успех того, кто действительно полезен, конкурентоспособен, неповторим. К тому же, якобы солидный язык, вопреки надеждам автора, почти всегда производит тягостное впечатление. Сказано чёрт-те что, да ещё многословно. Всё это отталкивает от текста и того, кто за ним стоит. А вам нужно, чтобы захотелось позвонить по номеру телефона, оставленному на последнем слайде.
Канцелярит и продажнит, на выход!
Подавляющему большинству презентаций к лицу непринуждённая, свободная интонация – та, с которой мы обучаем родителей пользоваться мобильными приложениями и объясняем друзьям, в каком банке им лучше взять кредит.
Но парадокс в том, что лёгкость – результат труда.
Естественная, плавная речь скрывает, что в её «биографии» множество переделок и отброшенных вариантов.
То, что читается без видимых усилий, было придумано не быстро и получилось не с первой попытки.
Вспомните любое путаное, сбивчивое письмо от клиента или коллеги. Вот его и впрямь написали без труда, на скорую руку: автор просто использовал первые слова, пришедшие на ум. Как думал, так и записал. Но мысль в голове бродит и ветвится: этому психическому процессу придумали подходящее название – поток сознания. Попав на экран ноутбука или смартфона, такой поток «застывает» и воспринимается читателем как клубок хаотично переплетённых смыслов, который поди развяжи.
Вспомните, сколько раз вы видели в рабочем чате сообщения вроде таких:
Бедная Маша, сидящая в паре столов от вас, не сразу поняла, что обращаются к ней. Даже когда увидела своё имя: мало ли Маш в компании? Только после ключевого слова – спиннеры – её осенило, что речь идёт о подарках к Новому году. В этом году ей поручили купить подарки для клиентов, у которых есть маленькие дети. Первоначально выбор пал на спиннеры. Но во всех онлайн-магазинах они стоили дороговато, поэтому с покупкой тянули. И вот начальник нашёл пупырки (они же «вечные пупырки», или «поп-иты») – по хорошей цене, на одном небольшом производстве, с которым компания время от времени сотрудничает.
Представьте, насколько Маше было бы легче разобраться что к чему, если бы руководитель собрался с мыслями и изложил всё по порядку:
Да, в этом случае руководителю придётся потратить чуть больше времени, чтобы написать текст. Но Маша заметит сообщение вовремя, поймёт его быстрее и не упустит важных подробностей: например, что позвонить Рустаму нужно сегодня.
В придуманном примере хотя бы можно связать концы с концами. А в реальной жизни подчас приходится встретить такое, что сам – без пояснений и комментариев автора – точно не разберёшься.
Хотя дело не только в эффективности.
Понятно писать стоит из простой вежливости.
А ведь даже в разговоре на будничную тему трудно сохранить ясность от начала до конца. Живой человек в какой-то момент обязательно собьётся: начнёт говорить не о том, путаться в собственных объяснениях.
Со мной, например, такое случается сплошь и рядом.
Ещё труднее рассказать о чём-то сложном. Например, о том, как стартап X анализирует геном человека и выявляет врождённую предрасположенность к тому или иному заболеванию. Или как с помощью компьютерных алгоритмов управляющая компания Y обгоняет бенчмарки и стабильно показывает высокую доходность. Или как робот, созданный мегакорпорацией Z, умудряется убираться в квартире, готовить еду и поддерживать разговор по телефону.
Чем флорентийский ренессанс отличался от венецианского, в чём обаяние фильмов «золотого века» Голливуда, почему именно этот оттенок неба так завораживает – поди объясни с ходу, будь ты хоть профессиональный искусствовед, заядлый киноман или донельзя поэтическая натура.
Работа над любой «историей», в том числе предназначенной для слайдов, состоит в отборе и организации материала.
Её результат – продуманная, выверенная целостность.
Иными словами: каждый факт, каждая мысль и каждое слово в нашей «истории» оказались на своём месте. Каждая частность существует не сама по себе, а соотносится с незримым смысловым центром.
В этом смысле истории – те, что в книгах и на экране – не вполне похожи на жизнь. Это реальный человек может прожить день или год так, что оглянется назад и увидит только россыпь случайных событий. В хорошем художественном произведении любое происшествие, любая реплика, любая деталь каким-то образом связаны с общим замыслом.
И в нехудожественных, бессюжетных рассказах – «историях» – всё то же самое.