Читаем Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991 полностью

В то же время жизнь кочевых вождей (шейхов) изменилась больше, чем простых бедуинов. Зимой, если кочевники не беспокоили селян или путников, турецкие власти бедуинов не трогали. Но когда начиналась весенняя миграция, шейхи должны были входить в переговоры с чиновниками по поводу доступа к рынкам и летним пастбищам, а также по вопросам налогообложения. Поэтому шейхи стали чаще посещать города по делам своих племен1427.

После обретения Сирией независимости в 1946 г. власти этой страны поставили своей целью седентаризацию кочевников и упразднение всех различий между ними и другими гражданами. Были аннулированы положения Закона о племенах 1940 г., которые исключали зону кочевий из юрисдикции Департамента государственных имуществ, и декрета 1941 г., который запрещал отводы земли в степной зоне. В 1953 г. Закон о племенах был полностью отменен и заменен новым. Хотя для кочевников были сохранены определенные льготы, но из числа получавших эти льготы были исключены полуоседлые и полукочевники. Шейхи кочевых племен стали бороться за принятие другого закона. В 1956 г. он был принят, и в нем не было предусмотрено мер принудительной седентаризации. Племя исключалось из списка кочующих, только если две трети его членов перешли на оседлость. Шейхи не назначались властями, а избирались высшими владетелями племени. Они продолжали представлять свое племя перед правительством1428. Таким образом, этот закон был для кочевников более благоприятным. Тем не менее впоследствии многие сирийские бедуины перешли на оседлость, особенно после засухи 1958–1961 гг.

В Ираке, который с 1921 г. был протекторатом Великобритании и в 1932 г. формально получил независимость, некоторые государственные проекты способствовали оседанию кочевых племен. Так, нефтяная промышленность предоставила кочевникам возможность получать хорошие доходы, работая на предприятиях в северных регионах Ирака. Однако государство не предпринимало серьезных усилий по обоседлению кочевников, и они в целом оставались изолированным сообществом. Тем не менее если в 1931 г. в стране было 204 тыс. кочевников, то в 1957 г. – только 96 862. Таким образом, численность номадов очень сильно снизилась (более чем на 50 %).

В 1958 г. в Ираке был принят аграрный закон, который установил максимум владения землей – 1 тыс. дунамов1429. Излишки земель были изъяты и распределены среди безземельных крестьян. Этот закон внес свой вклад в оседание племен и их переход к земледелию. Некоторые полукочевые курдские племена осели, поселились в деревнях и стали работать в сфере земледелия и транспортировки грузов между Ираком и Ираном. В 1960-х гг. достигли определенного эффекта принятые правительством меры по обоседлению племен при помощи аграрных реформ и мер по социально-экономическому развитию регионов. Создание образовательных и медицинских учреждений помогло улучшить условия жизни кочевников1430.

Война, идущая в последние годы в Ираке и Сирии, естественно, затронула бедуинов. Среди них произошли внутриплеменные конфликты. Кроме того, началась их массовая эмиграция в Иорданию. ИГИЛ1431 упорно старалось завербовать молодежь бедуинских племен. В свою очередь, Иордания, пытаясь вести борьбу с радикальными исламистами, поддержала создание «Армии свободных племен», состоящей из трех тысяч представителей кочевых племен.

В Саудовской Аравии попытки перевести кочевников на оседлость восходят к 1910 г., когда эмир Неджда Абдул-Азиз стал реализовывать проект по оседанию бедуинов. Строились «точки оседания», однако в 1929 г. они были уничтожены восставшими бедуинами. К 1950-м гг. последние полностью вернулись к кочевому скотоводству. (Такие проекты, сами по себе небестолковые, повторялись во всем регионе, часто при очень разных политических режимах, но с очень похожими результатами1432.) Цель перевода кочевников на оседлость по замыслу саудовских властей заключалась в том, что от установления безопасности и стабильности должно было выиграть оседлое население, жители оазисов и городов. Реакция бедуинов на усиление гнета централизованного государства ожидаемо была негативной. Многие бедуины, никогда не знавшие налогов, теперь должны были платить их под угрозой суровых репрессий, что привело к их восстаниям против властей1433.

В Саудовской Аравии и других странах Аравийского полуострова положение бедуинов осложнилось после начала добычи нефти. Из доходов от этой добычи власти стали выделять значительные средства на программы оседания. Хотя в целом такие проекты провалились, тем не менее было проведено землеустройство, и многие представители племен смогли зарегистрировать земли, которые находились в общей собственности, как свои собственные1434.

Перейти на страницу:

Все книги серии Новейшие исследования по истории России

Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919
Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919

Книга посвящена одной из ключевых тем Гражданской войны в России – взаимодействию политической власти и крестьянского большинства населения страны. События 1917— 1922 гг. породили множество вариантов такого взаимодействия как на красной, так и на белой стороне. Все стороны противостояния вовлекали деревню в вооруженную борьбу, иначе невозможно было рассчитывать на военную победа. При этом коммуникация с «мужиком» являлась общепризнанной ахиллесовой пятой Белого движения. Неспособность создать уверенность в приходе твердой власти, развеять старые социальные фобии, массово поднять деревню под национальные знамена стала одной из очевидных причин неудачи белой борьбы. Тем важнее подробный анализ опыта успешного сотрудничества белых военных и политических инстанций с сельским населением. Один из таких сюжетов разворачивался на границе Области войска Донского и Саратовской губернии, на фоне знаменитой битвы за Царицын. Энергичный офицер В.К. Манакин при поддержке донского атамана П.Н. Краснова смог создать боеспособное формирование из крестьян юга Саратовской губернии – Саратовский корпус. История этого воинского формирования рассматривается в контекстах Гражданской войны на Юге, крестьянско-казачьих взаимоотношений, особенностей военного строительства Войска Донского, Добровольческой, Южной, Астраханской армий. Настроение и поведение саратовских крестьян сравнивается с таковыми крестьян Ставропольской, Астраханской, Воронежской губерний.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Антон Викторович Посадский

Военное дело / Документальная литература / История
Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.
Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.

Работа доктора исторических наук А.Ю. Безугольного посвящена истории добровольческого способа комплектования войск Красной армии, а также военизированных формирований, создававшихся вне структуры военного ведомства, – народного ополчения, истребительных батальонов и иных подразделений, в основе своей укомплектованных гражданскими лицами. Интересы власти, вербующей добровольцев, и мотивация самих добровольцев, откликающихся на призыв власти; нормативное регулирование и социально-правовое положение добровольцев; принципы и формы комплектования добровольческих частей; деятельность центрального и местных партийно-государственных аппаратов и органов военного управления по вербовке добровольцев и организации добровольческих частей – все это предмет данного исследования. Книга основана на большом массиве документального материала, значительная часть которого вводится в научный оборот впервые.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Алексей Юрьевич Безугольный

Военная история / История
Советская авиация в военных конфликтах 1920-х годов. От Кронштадта до Туркестана
Советская авиация в военных конфликтах 1920-х годов. От Кронштадта до Туркестана

Книга доктора исторических наук, специалиста в области истории военной авиации и противовоздушной обороны А. Ю. Лашкова раскрывает участие советских авиаторов и воздухоплавателей в подавлении повстанческого движения и ликвидации различных антисоветских вооруженных формирований на территории РСФСР (позднее – СССР) и ближнего зарубежья в 1920-е годы. Этот период в российской историографии получил неофициальное название «Малая гражданская война». Основу источниковой базы труда составляют документы фондов государственных архивов, в том числе Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ) и Российского государственного военного архива (РГВА). Книга предназначена для широкого круга читателей и специалистов, интересующихся проблемами применения отечественных военно-воздушных сил в вооруженных конфликтах межвоенного периода.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Алексей Юрьевич Лашков

Военная история / История
Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)
Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)

Книга доктора исторических наук, специалиста в области Военно-воздушных сил и Войск противовоздушной обороны, посвящена борьбе за завоевание господства в воздухе на русско-германском фронте в годы Первой мировой войны. В работе последовательно раскрывается ход событий, связанных с противоборством в воздушной сфере и формированием отечественной системы воздушной обороны. В труде впервые приводятся наиболее точные данные о потерях военного воздушного флота кайзеровской Германии и ее союзников в отдельных кампаниях и за весь период войны. Работа насыщена многочисленными фактами и примерами действий русских летчиков и зенитчиков, создавших надежный воздушный щит на театре войны и в ближнем тылу нашего государства. При подготовке труда автор опирался на документы фондов Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного военного архива (РГВА), Российского государственного архива Военно-Морского Флота (РГА ВМФ), а также на периодические издания и мемуарную литературу.

Алексей Юрьевич Лашков

Военная документалистика и аналитика / История / Транспорт и авиация

Похожие книги

Эссеистика
Эссеистика

Третий том собрания сочинений Кокто столь же полон «первооткрывательскими» для русской культуры текстами, как и предыдущие два тома. Два эссе («Трудность бытия» и «Дневник незнакомца»), в которых экзистенциальные проблемы обсуждаются параллельно с рассказом о «жизни и искусстве», представляют интерес не только с точки зрения механизмов художественного мышления, но и как панорама искусства Франции второй трети XX века. Эссе «Опиум», отмеченное особой, острой исповедальностью, представляет собой безжалостный по отношению к себе дневник наркомана, проходящего курс детоксикации. В переводах слово Кокто-поэта обретает яркий русский адекват, могучая энергия блестящего мастера не теряет своей силы в интерпретации переводчиц. Данная книга — важный вклад в построение целостной картину французской культуры XX века в русской «книжности», ее значение для русских интеллектуалов трудно переоценить.

Жан Кокто

Документальная литература / Культурология / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное