Совсем новая экономика. Как умирает глобализация и что приходит ей на смену

Сегодня, когда мы говорим о соотношении сил между экономическими державами, мы должны отслеживать, какие компании из каких стран являются ключевыми игроками в глобальных технологических цепях. Кто, иными словами, создает внутри этих цепей основную часть добавленной стоимости (в том числе, а зачастую и в первую очередь, обеспечивая необходимые для функционирования цепи услуги) и «забирает» основную часть дохода.

Хрестоматийным примером, позволяющим понять, как могут распределяться роли между фирмами-участниками цепи, является технологическая цепочка чемпиона мира по производству смартфонов Apple.

Большая благодарность авторам статьи «Кто захватывает ценность, созданную в глобальных инновационных сетях»[262]. В ней представлена полная раскладка цены модели iPod 30 GB на конец 2000-х годов, когда они проводили свое исследование.

Вся цена такого iPod в том случае, если его продает в США не принадлежащая к сбытовой сети Apple розничная компания, составила 299 долларов. Из них на материалы и компоненты, а также оплату работы производителей-контрактников пришлось 144,40 доллара. При этом доля всех производителей из Китая, где осуществляется сборка продукта, включая изготовителей компонентов и материалов, составила 85 долларов; доля японских производителей компонентов и материалов – 27 долларов, тайваньских 5 долларов и корейских 1 доллар. Другие американские компании – поставщики промежуточной продукции и услуг взяли 7 долларов. На всех остальных участников цепочки, не поддающихся учету, пришлось 19 долларов.

Разница между розничной ценой в 299 долларов и оплатой всех вышеперечисленных производителей и поставщиков услуг, равной 144,40 доллара, составляет 154,60 (округленно 155) доллара. Это затраты на транспортировку, доход американских розничных продавцов и, наконец, валовой доход самой Apple. На транспортировку и доходы розницы с каждого проданного iPod уходило 75 долларов. Таким образом, у самого Apple оседало 80 долларов.

Иными словами, Apple – главная компания в цепочке, выполняющая такие функции, как дизайн, разработка программного обеспечения, маркетинг – удерживает более одной четверти валового дохода от продаж. В этой технологической цепочке она – царь и бог, а все другие работают под ней и на нее. «Если что», значительную часть участников цепочки Apple может заменить, а ей самой замены быть не может: без нее вся цепочка рухнет.

Это и есть позиция ключевого игрока, о которой мы писали в начале главы.

Безусловно, технологическая цепочка Apple способствует росту производства и экспорта Китая, где осуществляется сборка iPod и производится часть промежуточной продукции – и, соответственно, повышению его доли в мировом промышленном производстве и экспорте. Но такое повышение доли Китая никак не означает усиления его мировых позиций относительно США. Подобного рода цепочки усиливают мировую экономическую роль Китая, но роль США они усиливают еще больше. Америка здесь как бы «заставляет» китайских производителей работать на себя в рамках контролируемой ею глобальной производственно-сбытовой сети.

И еще один аналогичный пример из другой, близкой и понятной всем нам отрасли: пошив одежды.

Посмотрим на расклад стоимости костюма, сшитого по заказу американской компании (вероятно, розничной) в Китае и проданного в США за 425 долларов. Целых 86 % от этой суммы оседает в США, прежде всего у ключевой компании всей цепочки, а остальное получают компании Китая, где был изготовлен конечный продукт, и еще трех стран Восточной Азии, которые поставили необходимую для этого промежуточную продукцию. Всего за пошив и материалы покупатель платит лишь 9 % от общей стоимости товара, а 91 % приходится на оплату всех связанных с производством и продажей услуг и интеллектуальной собственности, а также, конечно, на прибыль главной компании.

Из Китая на мировые рынки поставляется огромное количество таких костюмов – много больше, чем из любой другой страны, и это, конечно, усиливает его позиции в мировом промышленном экспорте. Но… в еще большей мере усиливаются позиции американских и прочих западных компаний, которые дают китайцам заказы и забирают основную часть дохода. Иными словами, если говорить о балансе сил между странами, еще сильнее становятся мировые экономические позиции США и других развитых государств.

Сформулируем общее правило. Позиции страны на мировой экономической арене тем сильнее, чем чаще она (ее компании) занимает ключевые места в глобальных технологических цепях.