Так вышло: 29 вопросов новой этики и морали

А: Ты не можешь взять то, что отличается от твоих представлений о среднем и прекрасном, и просто поместить в обычную среду. Так не сработает. Между прочим, именно поэтому сначала лицо Дедпула прикрывают красной тряпочкой.

К: Пока не смотри на его лицо, полюби его таким, а потом мы тебе покажем, что у него под красной тряпочкой.

А: Да, исторически так это происходит.

К: И через пять лет мы будем смотреть фильмы про человека с обожженным лицом и не обращать на это внимания. Может, даже нам не объяснят, почему у него такое лицо.

А: Честно говоря, я бы хотел уже перейти как можно скорее к этой стадии.

К: Ты весь такой открытый и этичный, тебя не смущает, например, что у тебя есть дети, которым все это надо как-то объяснять? И ты им рассказываешь, что вокруг разные люди, не надо обращать внимания на различия. Пока ты все это объясняешь – про разный мир и разных людей, разный цвет кожи, разных партнеров и так далее – мир меняется, и в новом мире все, наоборот, принято замечать. И ты опять начинаешь: «Помните, что я рассказывал год назад? Так вот, концепция изменилась». Все так быстро меняется, что тебе скоро стыдно будет сериал «Друзья» детям показать.

А: Самое важное свойство нормы – над ней можно смеяться. И в тот момент, когда над кем-то нельзя смеяться, или еще хуже, когда какой-то человек со стороны тебе говорит, что над кем-то нельзя смеяться, процесс нормализации тормозится. Нормализация – это на самом деле тренировка сосуществования, когда что-то перестает быть маркером и становится привычным.

К: Правильно ли я тебя понимаю, что, когда мои дети вырастут, я снова смогу показать им сериал «Друзья» и это снова будет не стыдно?

А: Показывай детям сериал «Друзья» сейчас и показывай им как можно больше разного. И тогда они поймут, что в принципе не бывает нормы и не нормы, а есть бесконечное разнообразие. В какой-то момент они начнут его делить на разделы, но очень скоро увидят – их так много, что запомнить все нельзя, и перестанут обращать на это внимание. А если для кого-то принадлежность к разделу принципиальна, он сам им про это расскажет.

К: Хорошо. У меня к тебе один вопрос остался. Если уже можно не почитать отца своего и мать свою…

А: Можно.

К: Можно прелюбодействовать…

А: Можно.

К: Воровать, ты говоришь, немножко можно.

А: Чуть-чуть.

К: Врать чуть-чуть можно?

А: Можно.

К: Жену ближнего можно?

А: Можно. Более того, у меня есть знакомые, которые считают, что тот факт, что она жена твоего ближнего, вообще не должен фигурировать в нравственном рассуждении. Она же не собственность ближнего, а независимый человек.

К: Даже не буду тебя спрашивать, можно ли нарушать субботу. Но скажи мне, а почему убивать-то будет нельзя? Даже самоубийство, судя по всему, уже не такое табу.

А: Я надеюсь, что нормой станет все, кроме насилия.

К: Это очень странно. Почему все нормализуется, а насилие нет? Чем оно так уж принципиально отличается от всего остального?

А: В этом разница между нашими с тобой позициями. Ты считаешь, что мораль формируется нашим опытом и, если нам показать много насилия или показать, как люди сначала занимаются насилием, а потом пьют смузи, радуются жизни и ведут полноценную человеческую жизнь, это нас примирит с насилием. А я так не думаю. Есть вещи, которые просто в нас встроены.

К: Ты считаешь, что в тебя встроена одна заповедь из десяти? В меня десять встраиваются. Почему в тебя только одна?

А: Если я считаю, что некоторые заповеди устарели, это вовсе не значит, что я сам их нарушаю. Нет. Слушателям нашего подкаста я честно признаюсь, что нарушаю только три или четыре.

Глава 20 Что делать с Майклом Джексоном?<a l:href="#n_58" type="note">[58]</a>

Кейс

В марте 2019 года в прокат вышел документальный фильм «Покидая Неверленд». Его герои, Уэйд Робсон и Джеймс Сейфчак, рассказывают историю своих отношений с Майклом Джексоном, которые начались, когда одному из них было семь лет, а другому – десять. Оба утверждают, что подверглись сексуальному насилию со стороны певца. Реакция на «Покидая Неверленд» была неоднозначной. Кто-то отказался верить – вышло даже несколько фильмов-опровержений, авторы которых искали нестыковки в рассказах Робсона и Сейфчака. Другие призывали лишить Джексона статуса короля поп-музыки – несколько радиостанций отказались от его песен, а создатели мультсериала «Симпсоны» изъяли из эфира эпизод, в записи которого он принимал участие.

Катя: Первый вопрос, который возник еще до того, как мы все посмотрели этот фильм, – можем ли мы теперь слушать музыку Майкла Джексона?

Андрей: У меня есть простой ответ – каждый человек, который задается этим вопросом, должен включить музыку Майкла Джексона и попробовать ее послушать.