Подобный сценарий взаимодействия встречается в семьях, где женщина воспитывала ребенка в одиночку или с отстраненным мужем. Ребенок становится заместителем супруга, с ним переживают самые яркие эмоциональные моменты, делят печали и горести.
Взросление и вступление в брак воспринимаются матерью как измена.
Зять стал человеком, не просто претендующим на место самого родного и близкого, но занявшим его. Теща хочет вернуть себе былой статус и пытается обезоружить зятя, отобрав у него часть супружеских функций. В семье Захара и Эли принято, что он зарабатывает на крупные покупки, делает мелкий ремонт по дому. Мама игнорирует установленные правила. То, увидев капающий кран в ванной молодых, немедленно вызывает сантехника, то предлагает дочери денег на одежду и каждый раз тащит к ним домой тяжелые сумки с едой.
Метапослание мамы: «Тебе здесь нет места. Мы можем без тебя, Захар!» Когда у Эли появился Захар, сформировался эмоциональный треугольник, где мама чувствует себя третьей лишней. Она переходит в более активную роль «подстрекателя» с перспективой вновь оказаться в «любимчиках».
В следующий раз Юрий Витальевич обнаруживает Сергея на диване: «Лежишь? Лучше бы с ребенком поиграл. Скоро забудет, как отец выглядит. Растет будто сирота. Вставай, давай, на том свете належишься!»
Сама Люба не вмешивается. У нее есть претензии к мужу, но озвучить их она не решается – начнется скандал. Действительно, не о таком замужестве она мечтала. Сергей казался ей надежным, хозяйственным, а на деле оказался с ленцой. Странное у него разделение обязанностей на «мужские» и «женские»: считает, что с мужчины достаточно деньги в дом приносить. «Эх, были бы это деньги», – вздыхает про себя Люба. А на женщине все остальное: готовь, ребенком занимайся, убирайся, стирай. Матвейка и правда отца почти не видит. «Почему – спрашивает, – папа всегда или на работе, или спит?» Хорошо, отец приезжает помогать с внуком. Люба опять вздыхает, с кухни слышится ворчание Юрия Витальевича: «Опять ест… Ты бы работал так, как ешь».
В этой семье тоже сложился эмоциональный треугольник, внутри которого происходит борьба за власть «Кто в семье настоящий мужик?» Сергею досталась роль «козла отпущения», отец с дочерью объединились в коалицию. Люба «дружит против» супруга молча, рупором ее претензий к мужу стал отец. Он высказывает все то, что не может она, и демонстрирует зятю модель поведения «настоящего мужчины».
Еще до свадьбы Андрей переехал к Римме. Свекры остались жить вдвоем, если не считать кенара Персика. Несколько раз в неделю, вне зависимости от времени суток, Андрей выезжал к маме. «Лекарство закончилось», «Сосед буянит, надо поговорить», «Документы не может найти», – слышала Римма.
Когда родилась дочь, поездки продолжились. Римма пыталась возмутиться, но в ответ услышала: «Как я откажу? Это ж мать».
И перед тем, как положить трубку, услышала вслед «Что ты себе позволяешь…»
Свекровь перестала общаться с Андреем. А через месяц он узнал, что мать выписала его из родительской квартиры.
Как в любовных романах, борьба здесь идет за первое место в сердце общего мужчины.