Вытесненный из памяти опыт никак не называется и является «отколотой» потерянной частью – он существует вне ядра психики (структуры «Я»). Этот вытесненный опыт не дает восстановить целостность личности, собрать свои части в целое. В результате психика из-за отсутствия некоторых «частей» как бы не собирается в единое целое и «разваливается» под напором реальности. Жертвы токсичности часто говорят: «Я разваливаюсь», «Я сломан», «Не могу собраться». В разваленном состоянии человеку трудно выполнять основные задачи – иметь отношения, любить, работать, нормально развиваться. Как сломанная чаша, которая не может зачерпнуть воды и сохранять ее в себе, человек не может удержать в себе свои силы, они «вытекают» через «разломы» травм и сопутствующих им отчаяния, вины, страха и стыда.
Напротив, интеграция «потерянных» частей в целое дает ощущение цельности себя как личности, права на свое мнение, принятие себя, свою половую идентичность и сексуальность, свои сильные и слабые стороны, свое мнение, спокойное отношение к своим неудачам, радостное отношение к своим успехам. В общем, все, что дает базовое ощущение, что жизнь в целом очень хороша, несмотря на отдельные недостатки и трудности.
Процесс сбора начинается с того, что человек обращает внимание на отколотые части себя. Это травматичный опыт, который было трудно вынести. Это началось в детстве: у нас не было ресурса справиться с горем, и мы «отделяли» от себя тяжелые ощущения, «прятали на дальнюю полку».
Затем эти части, на которые мы обратили внимание и которые назвали своими именами (например, стыд, сцены побоев или материнских истерик) начинают «говорить». Многие из этих частей долго ждали этого момента и «говорят» много и громко, произнося то, что раньше подавлялось и не выходило наружу. Бывает, что первое время эти «голоса» не остановить. Это непростая работа по называнию травм своими именами: психическое и финансовое насилие, различные виды физической агрессии, унижения перед семьей и внешними людьми, оскорбления, высмеивания, вмешательства в личную интимную жизнь и т. д.
Будучи высказанными, травмы выходят из бессознательного в сознательное. Теперь их видно, о них можно говорить, они «кладутся на стол», как частицы керамики кладутся рядом с разбитой чашей. Становится видно, какие это части и как их не хватало для восстановления цельности. «Склеивание» различного эмоционального опыта
В процессе работы там, где была «дыра», восстанавливается вновь обретенная часть себя. Она хорошо «подходит» к своему месту и закрывает брешь, предоставляя психике возможность восстанавливаться. Будучи названным и увиденным, прошлое начинает меняться – меньше мучает, тяжелые переживания постепенно теряют интенсивность, психика получает помощь и облегчение. Эта работа и является «скрепляющим металлом». Она соединяет вместе расколотые «части» человека.
Там, где был раскол, появляется новая прочность. Исцеленная после травмы психика может принять в себя то, для чего предназначена: новое отношение к себе, новые чувства, мысли и новый опыт, новых людей. Склеенные стенки обладают прочностью и выдерживают нормальный «вес» жизни – события, отношения, чувства. Жизнь «не утекает сквозь трещины», а удерживается. Залеченная рана превращается в достоинство личности – она по-своему красива и эффектна. Шрамы напоминают о ране, не дают забыть ее, но благодаря заживлению человек становится другим.
Большие изменения, например, устойчивая сепарация от токсичных родителей и родственников, достигаются постепенно и не могут возникнуть быстро и из ниоткуда. Если кажется, что кто-то другой отделился от родителей быстро и легко, это значит, что для этого была подготовлена база, которая была создана им вместе с кем-то из близких или же с терапевтом.