Пример
Рассказ клиентки: «Моя мать всегда была стеснительной, тихой, стыдливой и очень виноватой, если можно так сказать. Как будто виновата за все, что происходит вокруг. Еще она не принимала подарки на дни рождения, говорила, что ей ничего не нужно. Одевалась плохо. Работала то уборщицей, то непонятно кем на овощебазе за городом. Потом устроилась в небольшую фирму, принадлежавшую отцу. По сути, она была бесплатной рабсилой, находясь там с утра до позднего вечера, часто без выходных. Зарплату она не получала, вместо этого иногда просила немного денег у отца, когда уже не было сил терпеть, например, на трусы, потому что старые уже в дырах. Просила всегда с виноватым видом, как будто она сделала что-то плохое, обещая, что отработает. Говорила, что она «очень грешная». Я чувствую, что многое у нее переняла, в том числе и эту огромную вину за свое существование».
Когда мы отделяемся от токсичных родителей, наша психика становится полем противостояния двух противоположных сил.
Первая
– ранняя детская безусловная любовь к родителям, когда они были для нас гарантией выживания, а также детский идеализированный образ родителей. Эта часть также поддерживается некоторыми социальными установками: «Cемья – это главная ценность в жизни», «Родители плохого не посоветуют, поэтому к ним всегда надо прислушиваться» и т. д. Все эти стереотипы не применимы к конкретным ситуациям семейного психического и физического насилия, а также к прекращению симбиотических отношений. Ценность отношений с родителями, наполненными уважением и здоровой привязанностью, возможны с нормальными родителями, а не насильниками.Вторая
– любовь к себе, желание прожить собственную жизнь, стремление реализовать свои влечения и соответствующие цели и мечты. Перечисленное пробуждает здоровую потребность охранять свои границы от токсичных родителей.В схватке этих двух частей чувство вины – одно из главных оружий первой силы. Ему трудно противостоять, оно монотонно, безнадежно и забирает много сил, заставляя тратить собственные ресурсы на борьбу с самим собой. Словами психо-анализа, вина становится одним из основных сопротивлений сепарации.
При сепарации от токсичных родителей сама сепарация – это не конечная цель. Конечной целью является начало более полноценной самостоятельной жизни. Под словом «полноценная» я имею в виду состояние, в котором человек способен реализовывать свою личность в полноте: использовать свои способности и таланты для реализации своих планов, не подчиняться деструктивным чувствам, быть психологически устойчивым. Для этого необходимо, чтобы эмоциональный фон был благоприятным, то есть не отравлялся тяжелыми чувствами и не тянул назад, в токсичный симбиоз с родителями.
Любое чувство – это внутренняя сила, действующая в определенном направлении, с определенной силой и с определенной целью. Еще Зигмунд Фрейд говорил об этом, вводя понятие «психической экономики». Сейчас эту силу специалисты разных областей называют «психической энергией», «ресурсами» и другими определениями. Различные названия отражают примерно один и тот же смысл: любое чувство заряжено энергией, и эта энергия производит работу – созидательную или разрушительную, все это очень похоже на физические принципы, изучаемые в школе. Если чувство вины присутствует, оно также производит свою разрушительную работу – омрачает эмоциональный фон, влияет на мысли и поступки, разрушает тело.
Если вина подавляется и не признается человеком, она начинает действовать бессознательно. Человек может себя наказывать за эту вину, сам того не осознавая: получать травмы, попадая в опасные ситуации или устраивая их, терять или повреждать дорогие вещи, срывать успешные сделки и проекты, снижать качество своей работы, чтобы не получать продвижение, премии и т. д. Другими словами, подавленная вина так или иначе находит путь искупления в различных наказаниях.