В последнее время часто обсуждают тему прощения семейного насилия, в том числе рекомендации терапевтов прощать родителей-насильников. От некоторых специалистов можно услышать рекомендации по сглаживанию острых негативных чувств к родителям, отвлечению клиентов от тяжелых переживаний. В качестве объяснений такому подходу можно услышать доводы о том, что пока клиент не простит своих родителей, не примирится с ними хотя бы внутренне, то у клиента не будет прогресса в терапии и в жизни. Некоторые специалисты добавляют, что у таких клиентов не будет успеха в жизни, нормальных отношений, хороших заработков и других благ.
При более подробных разговорах с такими специалистами выясняется, что большинство из специалистов, декларирующих обязательное прощение родителей в терапии, имеют в виду нормальных родителей, а не родителей-насильников. Нормальные родители – это обычные люди, со своими достоинствами и недостатками. Это те, кто, помимо очевидной любви и поддержки своих детей, совершали ошибки. Нормальные родители не занимаются регулярным тяжелым психологическим, физическим и сексуальным насилием по отношению к своим детям. Нормальные родители совершают нерегулярное и относительно легкое (если можно так сказать) насилие по отношению к своим детям: критика, разговор на повышенных тонах, физическое наказание, запреты на удовольствия и так далее.
Я не оправдываю любой вид насилия, но в большинстве таких семей относительно легкие виды насилия перемешаны с нормальными воспитательными мерами и ограничениями. Идеальных родителей не бывает, и никому не нужно стремиться стать идеальным родителем. Более того, благодаря родительским ошибкам дети, проходя через фрустрации, становятся психически устойчивыми и постепенно понимают, что в этом мире есть хорошее и плохое и что в любимом человеке есть хорошие и плохие части, и это нормально, так устроен мир. Многие нормальные родители признают свои ошибки и уравновешивают их реальной заботой, поддержкой и любовью. Такие родители желают своим детям в будущем стать уверенными в себе, самостоятельными, успешными и не привязанными к родителям. В терапии клиенты и специалисты могут достаточно легко сформулировать ошибки и перегибы родителей, назвать насилие своими словами. И дальнейшее прощение нормальных родителей действительно может помочь клиентам, потому что у них нет тяжелых травм. Прощение помогает прекратить инвестирование своих ресурсов в семейное прошлое, трезво видеть в родителях хорошие и плохие части, быть благодарными за хорошее и не принимать плохое. Это помогает клиентам отпустить прошлое, закончить внутреннюю сепарацию и жить своей жизнью.
Совсем другая ситуация у тех, кто прошел долговременное психическое, физическое и сексуальное насилие. Большинство таких людей имеют травмы, которые нужно залечить.
Еще один принципиальный момент, который путают с прощением, – это снятие ответственности за насилие. Таким образом, очень часто под прощением понимают оправдание насилия, ведь если снимается ответственность, то человек оправдан. Но прощение никак не связано со снятием ответственности, это разные вещи. Человек может простить насильника, когда оправился от травмы и не хочет больше испытывать к насильнику негативных чувств, чтобы освободить внутри себя место для чего-то другого. Но это никак не снимает ответственность с насильника.
Более-менее нормальные родители понимают ответственность за свои слова и поступки и несут ее, делая конструктивные шаги навстречу детям, меняя себя. Токсичные родители не признают свою ответственность и не пытаются измениться, поэтому для них прощение и снятие ответственности – это еще бóльший разврат, поощрение насилия. Снятие ответственности с таких родителей – это соучастие в насилии, а не ограничение.
Поэтому, на мой взгляд, во многих случаях этого не нужно рекомендовать. Во-первых, жертва насилия сама когда-нибудь решит, прощать или нет, делая это от избытка сил и залечив раны. Во-вторых, в личной жизни и в терапии необходимо называть вещи своими именами: насилие – насилием, преступление – преступлением. Это необходимо делать по разным причинам, и одна из них – восстановление правды, дающей силы жить.
В детстве, когда формируется личность, в психическом аппарате ребенка из токсичной семьи часто образуются две условные «части», два потока чувств и мыслей. Первая «часть» психики надеется на то, что родители проявят доброту, признают значимость ребенка, право на свое мнение, эта «часть» ожидает любви и теплоты. Вторая «часть» находится под влиянием родителей и говорит, что родители правы, они умнее и лучше знают, что их «странности» (например, сексуальное домогательство) – это что-то нужное, «просто я пока не понимаю этого» и т. д.