Вячеслав Молотов. От революции до Перестройки.

В идейном и управленческом смысле СССР окончательно превратился в монолит. Теперь каждый крестьянин, рабочий и интеллигент цепочкой руководящих кадров был связан с вождем, решения которого должны выполняться неукоснительно. Куда он повернет государственный руль – туда устремится вся энергия советских людей и построенного в 30-е годы промышленного комплекса. Все важнее становилась военная составляющая этого комплекса – перестроенная в идеальную иерархическую пирамиду страна входила в полосу мирового военного шторма. И Молотов стоял одесную главного рулевого, которому предстоит провести СССР через этот шторм. Вячеславу Михайловичу придется и самому над этим немало потрудиться.

Глава VI На пути к пакту (1939)

Вячеслав Михайлович вышел из машины и взглянул на памятник Воровскому. Странная фигура, но точно передающая митинговый стиль 20-х годов. Ох уж эти мастера красного словца, повелители бурлящих масс. Теперь иные времена. Солидные речи, твердые формулировки, мерная поступь колонн трудящихся и красноармейцев. Без выкрутасов, которые так живо передает памятник. Воровский, конечно, герой, погибший на боевом посту. Получил пулю от врага СССР. А если бы прожил еще полтора десятка лет, от товарища Ежова пулю бы получил…

Мог ли подумать об этом Молотов? Почему бы нет. Он не был наивным энтузиастом, выверявшим свои взгляды по очередному выпуску «Правды», хорошо знал цену и славословиям, и обличениям, видел, как товарищи превращаются во врагов в той ожесточенной борьбе, которую ведет Партия. А теперь в этой борьбе тылы укреплены, исчезли надоедливые говоруны и ядовитые интриганы. Близится решающая мировая схватка, к которой они готовились со времен Ленина. А на передовой рубеж этой схватки встает он, Молотов, которому теперь доверен пост наркома иностранных дел.

Впрочем, вполне возможно, что Вячеслав Михайлович просто скользнул взглядом по памятнику и прошел в здание НКИД, ставшее его новым местом работы по совместительству. Ведь кресло председателя Совнаркома также оставалось за ним, и там была гора текущих дел. Так что Молотов не испытывал радостных чувств, обычно сопровождающих новое назначение, да еще на такую интересную работу. Для Вячеслава Михайловича это была и новая ответственность, и новый уровень перегрузки делами.

О чем Молотов наверняка думал, поднимаясь по ступеням здания – это о том неважном наследии, которое оставил ему Литвинов. Виноват ли в этом сам Максим Максимович или это результат мировых тенденций – но ситуация сложилась тяжелейшая. И ему, Молотову, предстоит ее исправлять под мудрым руководством Сталина. Об ответственности Сталина за сложившуюся ситуацию Вячеслав Михайлович скорее всего не думал. Об этом он запретил себе думать уже давно.

1. Кто «загребает жар»

Осенью 1938 года внешнеполитическое положение СССР резко ухудшилось. Кризис вокруг Чехословакии закончился полной победой Гитлера, который сумел договориться со всеми основными игроками, кроме СССР. Москва оказалась в изоляции. Пессимистично складывалась ситуация в Испании, где республиканцы оставили свой плацдарм на Эбро. Стало ясно, что пошел обратный отсчет времени существования Испанской республики. Значит Италия и Германия уже не будут всерьез отвлекаться на Испанию, и их взгляды теперь устремлены на Восток. А на нашем Дальнем Востоке японские самураи продолжают продвигаться вглубь Китая и точат мечи после первой пробы сил на Хасане. Очевидно, этот конфликт – не последний, и в любой момент в далеких от Москвы, но стратегически важных краях может начаться новая война.

Что делать? Они то и дело обсуждали это в узком кругу у Сталина. Мир империализма сжимал петлю вокруг Советского Союза. Неужели СССР – следующая жертва договорившихся между собой хищников? Ильич умел использовать межимпериалистические противоречия. Еще недавно казалось, что мы научились делать это даже лучше. И вот полный крах политики «коллективной безопасности», то есть союза с Великобританией и Францией против Германии. Партнеры оказались ненадежны, по сути перешли на сторону врага. Или все-таки можно как-то снова возбудить эти противоречия?