Военная разведка Японии против России. Противостояние спецслужб на Дальнем Востоке. 1874-1922

На фоне обострения обстановки в зоне ответственности Владивостокской армии 12 июля 1921 г., как уже отмечалось, японское правительство приняло решение о начале неофициальных переговоров с ДВР, рассматривая ее как либерально-демократическое некоммунистическое государство, желавшее установить дружеские отношения с Токио. Заключение соглашений с Читой позволило бы Японии опередить США в экономическом закреплении в Сибири и на Дальнем Востоке, тем более что, по мнению Токио, власть меркуловского правительства была ограничена районами пребывания японских войск и после их вывода неминуемо бы пала, а у группировки Семенова не было достаточных сил для ведения боевых действий против Дальневосточной республики. Основными условиями вывода японских войск из Приморья и Северной Маньчжурии, сформулированными в решении кабинета министров, являлись сохранение некоммунистического строя в ДВР, запрет на пропаганду большевизма в Корее и Японии, прекращение деятельности корейских революционных организаций на территории ДВР, уважение заключенных с империей договоров, жизни, имущества и экономических привилегий членов японской колонии, предоставление иностранным гражданам свободы въезда и выезда, проживания, предпринимательства, производственной деятельности, связи, каботажной торговли, прав на владение и аренду земли, уничтожение крепостных сооружений и демилитаризация Дальнего Востока, объявление Владивостока торговым портом, снятие ограничений на ведение там внешней торговли, предоставление иностранным гражданам права плавания по Амуру и Сунгари, возвращение под контроль ДВР переданной ею в конце 1920 г. в юрисдикцию РСФСР Камчатки⁵⁷³.

Переговоры между правительствами Японии и ДВР начались в Дайрэне 26 августа 1921 г. Японскую делегацию возглавил начальник политического управления ВЭА Мацусима Хадзимэ. От штаба армии в переговорах участвовали генерал-майор Такаянаги Ясутаро и подполковник Токинори Хисаси, в помощь которым 30 сентября был направлен майор Микэ Кадзуо. Участие в переговорах офицеров разведки объяснялось не столько желанием армии контролировать их ход, сколько стремлением урегулировать вопросы демилитаризации Дальнего Востока, а также пребывания там, в Забайкалье и Северной Маньчжурии, ее резидентов, на что прямо указывала директива военного министерства командующим Владивостокской экспедиционной и Квантунской армий от 20 августа 1921 г.: «Необходимо сохранить за японской армией право на размещение военных представителей в Чите, Владивостоке, Хабаровске, Благовещенске и Никольск-Уссурийском, возложив на русскую сторону обязанности по их охране и обеспечению связи. По вопросу о сохранении права на размещение военных представителей в Харбине, Маньчжоули и Хэйхэ Квантунская армия должна провести консультации с китайской стороной»⁵⁷⁴.

Переговоры в Дайрэне проходили на фоне усилившейся осенью подготовки меркуловцев к нападению на ДВР. Командование ВЭА внимательно наблюдало за ходом предшествовавших ему карательных операций против краснопартизанских отрядов в Приморье и ответной реакцией ДВР, ограничиваясь отправкой в Токио информационных отчетов. В то же время, 6 ноября, на проходивших в Дайрэне переговорах советская делегация заявила японцам протест по поводу поставок оружия меркуловской армии и прямого участия подразделений ВЭА в нападениях белых отрядов на гарнизоны НРА ДВР⁵⁷⁵. Опровергая участие японских войск в этих акциях, начальник штаба объединения в телеграмме в военное министерство от 28 ноября подчеркивал, что циркулировавшие во Владивостоке слухи о поставках японского оружия каппелевцам были инспирированы советской пропагандой и командованием семеновской армии, а относительно нападений на народоармейцев докладывал, что в указанных делегацией ДВР районах пребывание частей НРА запрещалось двусторонними соглашениями, поэтому в боестолкновениях с японцами участвовали красные партизаны⁵⁷⁶.

Одновременно с началом 30 ноября боевых действий меркуловцев против НРА командование Владивостокской армии, вслед за захватом Камским пехотным полком станции Уссури, потребовало от меркуловского правительства разоружения нарушивших соглашение от 29 апреля 1920 г. войск, вынуждая тем самым белые части действовать за пределами нейтральной зоны и не давая повод правительству ДВР обвинить Японию в поддержке агрессии⁵⁷⁷.