Заметки корпората. 40 бизнес-практик, описаний принципов, технологий строительства и управления глобальными корпорациями

Реакция на неадекватное выполнение распоряжений разная. От холодной констатации факта, что бывает реже, до повышенных тонов и различных идиоматических конструкций, сопровождаемых жестикуляцией и прочими эмоциональными телодвижениями. У представителей южных народов, особенно Средиземноморья, возмущение может сопровождаться метанием в разные стороны различных попавшихся под руку предметов.

В общем, процесс выглядит живенько.

Вне зависимости от времени остывания обязательной составляющей процесса является высказывание вслух или про себя оценочных суждений в отношении умственных способностей подотчётного персонала. Это – всенепременно.

Так в чём же дело? Неужто во всём виноват исполнитель?

Давайте покопаемся в этой ситуации – вдруг тут есть что-то, что можно делать по-другому ради общего блага.

На мой взгляд, это что-то там есть.

Попробуем взглянуть на любое поручение глазами… компьютера. Неслучайно программисты, которые пишут алгоритмы практически любых программ и приложений, в длинных и нудных дискуссиях выясняют у заказчиков, что и как будет происходить в ответ на тот или иной запрос программы.

И если в процессе тестирования выясняется, что не всё описано, то приходится дописывать, а иногда и переписывать весь алгоритм. Точно так же как и в процессе уже живой эксплуатации программы или приложения, обязательно всплывут какие-нибудь баги, которые потребуют таких же действий – прояснить цепочку запросов и ответов, дописать или переписать алгоритм.

То есть машина, исполняющая поручения, требует максимальной ясности запроса и ответных реакций, максимально детализированного алгоритма ответных действий на запрос.

И без этого вводного детализированного алгоритма, вне зависимости от продвинутости компьютера, программа работать не будет.

Момент. Добавлю, что нейросети, которые повсеместно развиваются сегодня, нацелены как раз на этот аспект – научиться действовать алгоритмично в ответ на запросы. То есть избегать возможных ошибок в ответ на те или иные поручения/запросы.

Теперь вспоминайте о мегамашинах. Мы о них говорили в первых главах.

Напомню, что задача любого бизнеса вне зависимости от его размера – стать мегамашиной. Большой или маленькой – неважно. Важно то, что мегамашина подразумевает эффективное выполнение узких функций каждым из составляющих её элементов. Эти элементы – работники-исполнители в мегамашине. Цинично, но они винтики системы.

И в системе, где вы отдаёте поручения, винтик-исполнитель, получая любое поручение, которое ранее не встречалось или встречалось, но не описано языком детализированного алгоритма исполнения, будет исполнять его с той или иной степенью отклонений от ожиданий. Ровно так же, как и в самом начале обучения нейросети.

Именно так оно и будет. Отсюда следствие: язык низовых исполнителей в любых иерархиях – это язык алгоритмов. Хотите, чтобы я что-то сделал? Тогда расскажите в деталях и подробностях, что и как я должен делать. С точки зрения исполнителя, поручение должно быть именно таким. И только так – правильно.

А вот с точки зрения руководителя – неправильно! Потому что руководитель использует другой язык.

Какой язык у руководителей? Их язык:

• либо язык концепций. Типично для самых верхних руководителей. Упрощая: «Я хочу, чтобы было так…» И следует описание картины пожеланий, как она выглядит в общем;

• либо язык содержания. Это язык более низкого уровня руководства – среднего уровня управленцев. Опять упрощая: «Я хочу, чтобы было так и так…» – с перечислением пунктов, что именно, когда, как и кем должно быть сделано (как оглавление в книге).

Подчеркну, в больших компаниях язык концепций – это язык генералитета и верхнего менеджмента.

А язык содержания – это язык офицерства и среднего менеджмента, получающего поручения от высшего руководства и транслирующего задачи исполнителям вниз.

То есть язык алгоритмов – это только язык непосредственных исполнителей поручений. И самая большая ошибка в ожиданиях именно на низовом уровне.

Исполнители практически всегда ждут, что им максимально подробно опишут алгоритм исполнения, и тогда они исполнят поручение. Но с ними общаются на языке концепций или максимум на языке содержания.

Выработка алгоритма – это и есть работа низового исполнителя.

Опять проведу аналогию с нейросетью.

Исполнитель сам должен создавать алгоритмы. И в идеале систему оценки работы алгоритмов тоже. После чего получать от руководства «да» или «нет» и запускать работу. Главное – он не должен ждать, что ему всё разжуют и объяснят до мелочей.

Такова специфика работы в иерархиях.

Хотя нужно отметить, что компании, понимающие такую специфику, пишут мануалы – инструкции, предназначенные исполнителям. И в мануале детализируется: делай так или так. Мануал – это армейский устав. В той или иной ситуации поступай так или так, таким образом или по-другому. Говори такие слова или вот такие. Делай такое движение или иное. То есть мануалы, уставы и инструкции помогают создавать и осваивать алгоритмы.