Диалоги китайских мудрецов. Чань-буддийские истории об истине, безумии и радости

– Даже в отдаленных местах слышали, что на вас, почтенном господине, нет ни одной нитки одежды. Придя сюда, что же есть здесь такого, от чего могут защитить горы?

– Что? – переспросил Шэньнянь.

Монах вскрикнул. Шэньнянь тоже закричал. Монах поклонился.

– Так и быть, ты избавлен от двадцати ударов, – сказал мастер.

Наследие мастера Шитоу

Мастер Шитоу Сицянь (700–790), или просто Шитоу, – блестящий чаньский философ, полемист и основатель крупнейшего направления чаньской практики. Его имя (точнее прозвище) переводится как «каменная голова», так как часть своей жизни он провел на вершине одинокой скалы. По этому поводу было много забавных историй, например «путь по камням очень скользок» – в смысле «мудрость Шитоу сложно уловить». Нередко считается, что все существующие ветви Чань происходят либо от Шитоу Сицяня, либо от его современника Ма-цзу Даоъи. И действительно, они создали непередаваемый стиль чаньских диалогов: неожиданных, парадоксальных и при этом весьма поучительных.

Шитоу был южанином (как и многие чаньские мастера), родился в уезде Гаояо в Гуандуне под фамилией Чэнь. Уже в юном возрасте он стал учеником Шестого патриарха Чань Хуэйнэна, правда провел с ним немного времени – патриарх вскоре скончался. После этого Шитоу становится учеником преемника Хуэйнэна, Цинъюаня Синси, а затем и сам принимает руководство его школой.

Известна история о том, что, когда Шитоу впервые пришел к мастеру Цинъюаню Синси, Синси спросил Сицяня:

– Ну, и что ты обрел, придя в Цаоси (т. е. к патриарху Хуэйнэну)?

– Так я ничего и не терял, пока не прибыл в Цаоси, – ответил Шитоу.

Этот ответ – отражение абсолютного совершенства внутренней природы Шитоу: само стремление к «обретению мудрости» возможно только в загрязненном, запутавшемся сознании.

Шитоу переселяется в провинцию Хунань, куда в монастырь Наньтай на горе Наньюэ Хэншань к нему приходят десятки учеников. После смерти ему было дано почетное посмертное имя Уцзи Даши (無際大師).

Шитоу прожил девяносто один год, из них шестьдесят три года провел монахом. Как считается, его тело оставалось нетленным, и оно в качестве реликвии хранилось в монастыре Чунинсы. Потом тело исчезло при непонятных обстоятельствах. А в японском храме Секито хранится мумия, которая, как утверждается, принадлежит Шитоу. Якобы эта мумия была спасена японским путешественником из огня в храме в Хунани в период хаоса в Китае, который в конце концов привел к падению династии Цин в 1911 г. Китайские последователи не согласны с этой благородной версией и считают, что японцы просто украли эту реликвию во время китайско-японской войны (1937–1945 гг.).

Ниже приводятся некоторые диалоги Шитоу, а также его учеников из «Собрания записей светильника годов Цзиньдэ».

* * *

Чаньский мастер Шили из Цзинчжао (Сиань, пров. Шаньси) спросил Шитоу:

– Какие обязательства должен брать на себя ученик, чтобы исполнить свой долг?

– Что ты ищешь у меня? – ответил Шитоу.

– Если это нельзя искать в мастере, то как мне тогда это получить? – спросил Шили.

– А ты разве что-то потерял? – спросил Шитоу в ответ.

* * *

Как-то один чаньский монах, повстречавшись на дороге с Данься Тяньжанем (739–824 гг.) [который тогда еще не был буддистом], спросил того:

– Куда направляется достойный?

– Я иду поступать на государственную службу, – ответил тот.

– Да разве можно сравнить поступление на государственную службу со вступлением в буддизм? – спросил чаньский мастер.

– А куда нужно идти, чтобы вступить в буддизм? – спросил Тяньжань.

– Именно сейчас великий мастер Ма-цзу из Цзянси заселяет мир наследниками своей мудрости, – ответил мастер. – Именно у него можно присоединиться к буддизму. Вы, достойный, должны отправиться именно туда!

После этого Тяньжань направился прямо в провинцию Цзянси, где проживал Ма-цзу. Увидев Ма-цзу, он поднял руку к шапке в виде приветствия. Ма-цзу некоторое время внимательно рассматривал его, а затем сказал:

– Мастер Шитоу с горы Наньюэ – вот кто должен быть вашим мастером.

Тогда Тяньжань отправился прямо в горы Наньюэ и по прибытии представился тем же жестом.

– Убирайся в сарай для приготовления пищи! – приказал ему Шитоу.

Тяньжань поклонился в знак благодарности и отправился к другим послушникам в сарай. И три года без перерыва он выполнял обязанности по кухне.

Вдруг однажды Шитоу объявил всей монашеской общине:

– Приходите завтра подровнять траву перед залом Будды.

На следующий день все монахи и послушники-миряне с лопатами и мотыгами пришли подравнивать траву и убирать сорняки. Но только Тяньжань с полным тазом воды для мытья головы расстелился на коленях перед Шитоу, словно какой-то глупец. Шитоу увидел это, рассмеялся, а потом решил обрить ему голову (т. е. принять в монахи). Однако в момент принятия посвятительных наставлений Тяньжань сначала закрыл уши руками, а затем и вовсе ушел.